Айдар Халим: «Татарская литература шатается, как верблюд в степи»

IMG_2656Известный писатель о том, что Путин поднял страну с колен, а татары начало XXI века «проспали»

«Нам не хватает тех элементов, которые делают народ народом. Многого не хватает: особенно мужества. Зато много мелочности», — считает известный татарский писатель Айдар Халим. В интервью «БИЗНЕС Online», которое автор более 72 книг дал перед своим днем рождения, который он отметит 1 января, он рассуждает о том, есть ли будущее у татарского языка и литературы, каково место татар в современной России и почему он не может читать роман «Зулейха открывает глаза».

«Я БОЯЛСЯ, ЧТО КТО-ТО ПРОЧИТАЕТ МОИ СТИХИ»

- Айдар абый, какая ваша книга для вас главная?

- Я как-то по этому поводу не задумывался. Потому что искра, звезда, какая бы она ни была, — она есть звезда, она есть искра. Маленькая книжечка — но в ней может быть очень большой смысл. Можно, наверное, делить книги на главные и неглавные. Но у меня лично главных книг нет. Может, я ее не написал. Я мечтаю об этом. Но книги, которые достойны внимания народа, достойны своего автора, у меня есть. И немало. Однажды начали считать число моих книг — досчитали до 72. Это разные книги, большие, маленькие — но это все книги. Натуральные книги. Они отвечают на вопросы — «кто?», «где?», «как?».

В общем-то я доволен своей судьбой. Хотя в других державах, где более «открыты люки», можно было бы по-другому строить жизнь — по-другому жить, по-другому писать. Но я человек от земли, я родился здесь. Мой отец погиб сразу на фронте — один канал уже отрезан. Мать умерла рано — второй канал отрезан. От голода умер брат….

Я никогда не думал стать писателем. Писал стихи, маленькие заметки. Но писателем я стать не мечтал. Более того, я стеснялся, что кто-то прочитает мои стихи, Мне казалось, люди знают, что я ночью совершил большое преступление — написал стихотворение. Я буквально молил Аллаха, чтобы никто об этом не узнал. В молодости я был очень уязвим.

- Какой период для себя и для татарской литературы вы считаете лучшим в творчестве?

- Самый хороший период для развития татарской литературы — это был конец 19 века, начало 20 века, до 1910-15 годов. Это был период ренессанса нашего народа в целом, и литература была важной частью этого процесса. Я сейчас удивляюсь масштабу тех событий — возможно, ни один другой народ в России не переживал такого мощного обновления во всех сферах своей жизни. Если бы не произошла революция 1917 года, то мы были бы маяком для многих народов. Но, к сожалению, большую часть ХХ века мы проиграли. И осознавать это очень тяжело.

Что касается меня, то в молодости я писал много стихов, рассказов — но доволен ли я ими? В какой-то мере доволен. Мы жили в непростые, тяжелые времена. В это время, после войны писать так — это было само по себе похвально. То время трудно представить современному человеку. Кушать было нечего, одеваться не во что. И в это время я делал первые шаги в творчестве.

Наши времена были очень изменчивы: то метель, то оттепель. Лично для меня самым лучшим периодом для творчества в Советском Союзе был период с 1964 по 80-е годы.

- Имеете в виду, что импульс дала хрущевская оттепель?

- Я ведь и сам в творческом плане — дитя оттепели. Хотя в свое время не понимал этого, но это именно так. В основе были идеи того времени. Именно благодаря им я позже, уже в 80-е и 90-е смог написать свои лучшие книги, рассказы и романы я написал в 80-90-е. Многие из этих произведений были на грани публицистики и прозы. Даже в самые лирические произведения, стихотворения у меня обязательно вкрадывается элемент публицистики. У меня сам по себе мыслительный процесс публицистический.

- У вас есть произведение «Хунвейбин», его сюжет тоже из жизни? Больше похоже на какую фантасмагорию.

- Это тоже из жизни! Я рассказал о том, как татарин из США, не знающий русского языка, приехал в Татарстан, чтобы разыскать следы своих родственников, которые были раскулачены в 30-е годы. Он находит своего племянника, который, как выясняется, стал наркоманом. Племянник бьет нашего героя гвоздодером по голове и крадет у него из кармана полторы тысячи долларов. Наш американский татарин попадает на полгода в больницу. Потом начинается суд, а главный герой владеет только английским и татарским — причем это язык конца 19 века, который его собеседники до конца не понимают. Суд заходит в тупик, потому что не может найти адвокатов, судей и прокуроров, которые бы могли вести процесс на татарском языке. А на оплату услуг переводчиков у суда нет средств. Этот сюжет из жизни, это реальные события!

- По вашей книге «Оч аяклы ат» («Трехногая лошадь») был снят фильм, который был представлен на фестивале мусульманского кино. Как вы относитесь к его экранизации?

- Конечно, невозможно в рамках фильма полностью воспроизвести все, что было в книге и в реальности. А это тоже история из жизни. 1948 год, деревенский мальчик Кабир вместе с хромой кобылой отправляется в далекую деревню, чтобы спасти свою маму, которую обвиняют в убийстве колхозной лошади и хотят посадить в тюрьму. Правда же в том, что на лошадь напал волк, он она осталась жива. И Кабир хочет доказать невиновность своей мамы, вернув лошадь колхозу. Фильм получился отличный и я глубоко благодарен режиссеру Нурание Замалиевой за ее работу.

«ЭТО УНИЗИТЕЛЬНЫЕ СПАЗМЫ НАШЕГО ГОРЛА»

- Что вы думаете о современной татарской литературе?

- Татарской литературой, поэзией и вообще всеми жанрами, говоря откровенно, я недоволен. Это не говорит о том, что у нас нет литературы. Мы имеем литературу — она у нас хорошая, даже богатая, но она у нас одномерная. Шатающаяся, как верблюд в степи. Наша литература не то что слабая — ее проблема в том, что она легко поддается сиюминутным веяниям. Ей не хватает достоинства и гордости, в ней стало много мелочности, бытописательства. Это меня убивает. Напишите коротко и ясно! Но нет, мы пишем много надуманного, взятого не из жизни. И поэтому человек открывает книгу, начинает читать и бросает.

Я не думаю, что я во всем прав. Но считаю, что татарская литература — это великолепная литература, хотя и в прошлом. Это литература с богатейшим языком. И самое главное — это литература с будущим. Нам не хватает совести, гордости, знаний. Нам не хватает мужества. Мы, татары, особенно литераторы, — мы часто занимаемся чем-нибудь и как-нибудь. Жалко, что многие молодые татарские авторы не хотят или не умеют глубоко вникать в суть явлений. И их произведения часто оставляют желать лучшего. Татарская литература сейчас нуждается в капитальном ремонте.

- На днях в Фейсбуке разгорелась дискуссия, в ходе которой Рустам Батров — бывший заместитель муфтия РТ заявил, что все стоящее татары сейчас пишут на русском языке. В качестве примера участниками дискуссии приводятся роман «Зулейха открывает глаза» Гузель Яхиной и «Город Брежнев» Шамиля Идиатуллина…

- Нет, с этим я абсолютно не согласен. Продолжает выходить и хорошая литература и на татарском языке. Хороших татарских писателей, возможно, не так много, но они есть. Например, молодые авторы Марат Кабиров, Рустем Галимуллин, другие.

К сожалению, те, кто пишет на русском, делают это в первую очередь потому, что не знают своего языка — либо совсем, либо знают на уровне, не позволяющем писать по-татарски. Хотят ли они его знать — вот в чем вопрос. Почему они не хотят его знать — вот что я хочу понять. Вот бывает же — двое чеченцев стоят и между собой говорят на чеченском. Двое татар рядом с ними говорят на русском.

У нас нет гордости, это какие-то унизительные спазмы нашего горла. Никак мы не можем с этим бороться — поэтому и в школах, и в детсадах идут по такому пути. Мы не смогли поставить язык во главу угла воспитания.

В итоге получаем такие произведения, как «Зулейха открывает глаза». Я не могу это читать. Сама историческая канва произведения, знание предмета — все это ложь. Настоящий татарин, который знает татарский, воспитан на татарском языке — он не может ее воспринимать. Я раза три пытался, говорил себе: «Обязательно прочту на этот раз….» Ну невозможно! Я не говорю, что книга плохая или хорошая, речь о том, какое отношение она имеет к татарской литературе и насколько она правдива. Я встречаю людей, которые очень хвалят ее. У меня есть один хороший знакомый, который говорит, что это отличая книга, а татары этого не могут понять. Но я, в свою очередь, не могу понять его.

- В последнее годы ваше имя связывали со скандальной историей, возникшей после вашего выступления на митинге в день памяти защитников Казани в 2014 году. Вас обвиняли в разжигании межнациональной розни. Чем закончилось уголовное дело?

- Следствие тянулось два года, были обыски в шесть утра, многочисленные допросы и экспертизы. В октябре уголовное дело было закрыто, мне выдали документ о его прекращении ввиду отсутствия состава преступления. Я думаю, это все попытка нейтрализовать таких, как я.

 «ЭТИ 15 ЛЕТ МЫ ПРОСПАЛИ»

- В начале нулевых мы с вами говорили в интервью о том, сбудется ли прогноз Гаяза Исхаки об исчезновении татар через 200 лет. С того момента прошло 15 лет. Что изменилось? Прогноз сбывается?

- Эти 15 лет мы проспали, конечно. Это точно. Татарский народ свое общественное развитие проспал. Мы не поняли, что это такое — самостоятельность, которую мы тогда получили. Честно говоря, когда в начале 90-х я приехал в Челны из Уфы, чтобы возглавить журнал «Аргамак», — я и тогда не верил, что татары встанут на ноги. К сожалению, нам не хватает тех элементов, которые делают народ народом. Многого не хватает: особенно мужества. Зато много мелочности, чрезмерной осторожности. Не надо думать, что я хаю свой народ. Просто стараюсь мыслить как можно объективнее.

Но, думаю, мы назад не пойдем. Сейчас народ немного опомнится — все последние события вокруг статуса Татарстана, преподавания языка в школах этому будут сильно способствовать. Придет и ощущение духа — относительно новое и не сразу. Религия немного активизируется. Татары придут в себя. Будущее татарского народа — это его развитие, связанное обязательно с его прошлым, с тюркским миром, с языком.

- Как вы видите место Татарстана и татар в России?

- Татарстан — самодостаточная республика с трудолюбивым, инициативным народом. Но нам нужно дать волшебный пинок — потому что мы, как и русские, долго запрягаем, но потом быстро едем. Татары так просто не исчезнут, у нашего народа есть будущее. Главное, что нам для этого нужно — максимально говорить на своем языке, даже если слабы его знания. И быть жестче к самим себе в этом плане.

Россия — счастливая страна. Это действительно так. Нет другой страны, у которой было бы столько разнообразных богатств, народов, столько всего того, чем могла бы любая страна гордиться. И то, что мы сейчас Путина хвалим, — мы правильно его хвалим, он поднял страну с колен, вывел на новую ступень. И это именно потому, что Россия такая уникальная страна.

Чего нам не хватает в России — это искренней, трудолюбивой, постоянной честной работы. Это касается всех, от министра до рабочего. И поэтому я каждому человеку в России поставил бы задачу быть лучшим, чистым и честным. Мне думается, не одними лозунгами и призывами делается страна. Если Россия хочет быть по-настоящему здоровой, толковой, богатой — то она должна никогда не врать, трудиться и влюбиться в мир, как в себя.


«БИЗНЕС Online».

Просмотров: 790

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>