«Восстание возникло на почве стремления создать Башкиро-Татарскую республику…»

2468b93e7f8acb79«Вилочное восстание»: издевательства продотрядов, национальный фактор и китайско-венгерские зверства. Часть 1

7 февраля 1920 года началось «Вилочное восстание», известное также как бунт «Черного Орла» («Ҡарағош яуы»). Повстанческое движение было широким и многонациональным, охватило территорию современных республик Татарстан, Башкортостан и Самарской области. Уфимский историк Салават Хамидуллин сегодняшнюю авторскую колонку, написанную для «Реального времени», посвятил именно этим бурным событиям. В первой части очерка колумнист рассказывает о причинах «кулацкого мятежа» и первом этапе восстания.

Это движение не удостоилось серьезного изучения в отечественной историографии и, следовательно, оно не получило должной оценки. В «Очерках по истории БАССР» оно квалифицировалось лишь как «кулацкий мятеж», не имевший никаких серьезных последствий, кроме истребления коммунистов и нанесения материального ущерба. Хотя очевидно, что восстание, охватившее шесть уездов, равных по территории средней европейской стране (около 100 тысяч кв. км), не могло вспыхнуть без веской причины, как не могло не привести к определенным политическим результатам. Словом, оно имело определенное историческое значение.

Причины восстания

На территории Советской Республики (РСФСР) с 1918 года действовала экономическая политика «военного коммунизма», которая требовала национализации промышленности, свертывания товарно-денежных отношений, запрета на свободу торговли. Словом, полного демонтажа рыночной экономики. Рабочие и служащие должны были отбывать трудовую повинность, получая за это лишь скудный паек. На селе эта политика приняла еще более жесткие формы, выразившиеся в так называемой продразверстке: у крестьян отбирались все излишки сельхозпродукции (хлеб, мясо, масло и т. д.), кроме некоторого минимума, достаточного лишь для полуголодного существования. Россия в то время была преимущественно крестьянской страной, поэтому неудивительно, что возмущение грабительской политикой властей охватило именно крестьян, составлявших подавляющее большинство населения.

В 1919—1921 годах по всей территории России прокатилась волна народных восстаний, многие из которых, например, «Антоновщина» в Тамбовской губернии, приняли угрожающий для Советской власти размах. В ряду подобных движений было восстание «Черного Орла» или «Вилочное восстание» («Ҡарағош яуы», «Сәнәкле суғышы», «Сәнәкчеләр»), охватившее Уфимскую губернию (Мензелинский, Бирский, Белебеевский, Уфимский уезды), Бугульминский уезд Самарской губернии, Чистопольский уезд Казанской губернии, а также Елабужский и Сарапульский уезды Вятской губернии. Однако, в отличие от крестьянских движений в чисто великорусских губерниях, здешнее восстание имело свою специфику.

Идеология восстания

Начавшись как стихийный бунт русских крестьян, оно затем неожиданно переросло в национальное движение татар и башкир, возмущенных глумлением продотрядов над их национальными и религиозными чувствами. Например, уполномоченный Самарского губкома К. Быстров докладывал: «Известно, что татары свиней не разводят, а продком требует свиней с тех волостей, которые населены татарами» (Крестьянское движение в Поволжье. 1919—1922 гг.: Документы и материалы / Под. ред. В. Данилова и Т. Шанина. М.: РОССПЭН, 2002. С.450).

13 марта 1920 года на заседании ответственных работников Уфимской губернии, состоявшемся уже после подавления восстания, было сказано, что причиной восстания была «не политика, диктуемая центром, а способы ее проведения, избиение продармейцами крестьян», а также то, что «продармейцы берут взятки, насилуют женщин, издеваются над минаретами, над тюбетейками». Затем выступающий привел еще один пример угнетения по национальному признаку: «…Так с регистрацией рождения был такой случай: мусульманского ребенка зовут Харис, а записывают в волости Борис» (НА РБ. Ф. 1832. Оп.4. Д.305. Л.40). 22 апреля 1920 года на заседании Уфимского губкома было подытожено: «Главную массу восставших — до 90% составляли татары и башкиры, русское население в большинстве к восстанию относилось пассивно» (Крестьянское движение в Поволжье. С.506).

О настроениях восставших свидетельствовали лозунги повстанцев: «Долой коммунистов!», «Да здравствует вера в Бога!», «Долой выкачку хлеба!», «Да здравствует свободная торговля!». Но были и «провокационные» с точки зрения властей лозунги: «Да здравствует Советская власть», но «Долой большевиков-угнетателей!», что, возможно, было следствием пропаганды эсеров, агитировавших за Советы без большевиков. Кроме того, часть русских повстанцев шла под знаменами черносотенства, правда, без призыва к восстановлению монархии и с сильной примесью эсеровской программы.

В своем воззвании от 3 марта 1920 года «Штаб Черного Орла — Земледельца» писал: «[Большевики] напрягали все силы к тому, чтобы угасить в вас даже последний луч вашего сердца, религий русских и мусульман, и других народностей, и веру в Бога. В походах ваших должен быть лозунг: «Ни одному жиду и жидовскому вору, преступнику, грабителю и тому подобное нет больше пощады в стране Черного Орла Земледельца (…). Да здравствует народное правительство, избранное тайным и равным для всех голосованием! Да здравствует Российская Федеративная Республика (самоопределение народностей)! Да здравствует всенародное гражданское право! Да здравствует Земля и Воля!» (Крестьянское движение в Поволжье. С.395—396).

Важной составляющей программы движения был ирредентизм башкир вышеназванных уездов, выступавших за присоединение к Башкирской Республике. Их поддержала значительная часть татарских, русских и чувашских крестьян. Таким образом, «Вилочное восстание» или восстание «Черного Орла» было идеологически многослойным, но общим знаменателем было неприятие экономической, религиозной и национальной политики большевиков.

Начало восстания

4 февраля 1920 года в русское село Новая Елань Мензелинского уезда (ныне Альметьевского р-на РТ) прибыл продотряд под руководством уполномоченного упродкома Пудова, который потребовал от крестьян незамедлительно сдать 5535 пудов зерна. Крестьяне в принципе соглашались сдать излишки, однако такого количества хлеба у них попросту не было. Тогда Пудов приказал взять в заложники 20 человек, среди которых были две женщины, запереть их в холодном амбаре и держать там до тех пор, пока односельчане не соберут требуемое количество зерна. Шел месяц февраль, и арестанты могли просто умереть от холода.

7 февраля, не выдержав издевательств, жители села, вооруженные вилами и топорами, освободили заложников. Во время столкновения погибли четверо членов продотряда, хотя остальным, в том числе Пудову, удалось бежать и добраться до Чистополя. Узнав о произошедшем в Новой Елани, крестьяне соседних сел Кузайкино и Бута также взялись за вилы. Власти попытались подавить бунт. Однако прибывшие 10 февраля в Новую Елань начальник Мензелинской уездной ЧК Головин и начальник Заинской милиции Корнилов, а также возглавляемый ими отряд были уничтожены повстанцами. Всего было убито 35 милиционеров и продотрядовцев. Этот инцидент стал сигналом к всеобщему восстанию. Уже 11 февраля в городе Мензелинске и во всем уезде было объявлено военное положение.

15 февраля самарский губвоенком П. Ульянов докладывал в центр: «Восстание чисто мусульманское, русское население, по точным сведениям, идет неохотно, под угрозой оружия. По сообщению политических беженцев, повстанцев до 5 тысяч, вооруженных косами, а большинство — винтовками».

А вот сводка штаба войск ВОХР (внутренней охраны, в будущем внутренних войск): «Район Мензелинска. Восстание в Мензелинском уезде перекинулось в северную часть Бугульминского. Восстание на почве хлебной разверстки. В районе Мелекеса (село Мелекес близ Набережных Челнов, — прим. авт.), в северной части, вспыхнуло восстание башкиров. Силы восставших около 600 штыков…» (Крестьянское движение в Поволжье. С.368).

В сообщении о восстании башкир на территории перечисленных в самом начале уездов нет ничего удивительного. По данным Первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 года, в Мензелинском уезде насчитывалось: русских — 123.749 чел. (32%), башкир — 123.052 чел. (32%), татар — 107.025 чел. (28%), тептярей — 14.875 чел. (ок. 4%) и других (Первая всеобщая перепись населения Российской империи 1897 г. Издание центрального статистического комитета министерства внутренних дел под редакцией Н. А. Тройницкого. Т.XLV. Уфимская губерния. Тетрадь 2. 1904. С.3). В Бугульминском уезде, согласно той же переписи, проживало: великорусов, малорусов и белорусов — 95.778, татар — 62.506, мордвы — 37.498, башкир — 29.647, чувашей — 25.406 человек» (Там же. Т.XXXVI. Самарская губерния. 1904. С.3).

Восстание в Бугульминском и Мензелинском уездах

Вопреки утверждению некоторых современных авторов, отрицающих национальную составляющую в идеологии «Вилочного восстания», непосредственные свидетели тех событий в лице работников Бугульминского рабочего бюро утверждали следующее: «…Восстание имеет чисто политическую подкладку и возникло на почве стремления мусульманского населения создать автономную Башкиро-Татарскую республику…» (Крестьянское движение в Поволжье. С.443).

По сообщению властей, в Мензелинском уезде «повстанцы хорошо организованы, принимают к себе добровольцев, объявляют мобилизацию от 18 до 50 лет и в большинстве вооружены винтовками, револьверами, холодным оружием и вилами и косами (…). Восстанием руководит штабс-капитан Шимановский — определенный белогвардеец, именующий себя начальником штаба «Зеленой армии». Мензелинские повстанцы вторглись на территорию Бугульминского уезда, обрезали телеграфные провода у деревень Карабаш и Абдрахманово, а затем блокировали отряд уездного военкома Чуйкова. Выступивший к ним на помощь отряд уездного ЧК под командованием Кожуха был атакован в деревне Кудашево и, потеряв 5 человек убитыми, был вынужден ретироваться.

17 февраля отряд милиции был встречен с боем в деревне Карабаш. Со стороны повстанцев убиты «один мулла и 13 магометан», однако они сумели захватить в плен начальника уездной милиции Денисова. Что интересно, 4 магометан, в свою очередь захваченных в плен, а также «один шпион, отказались давать какие-либо показания». 20 февраля в Карабаш было отправлено 300 бугурусланских коммунаров, чтобы захватить мятежное селение, однако им навстречу выступило 6 тысяч повстанцев при 500 винтовках и заставили их с потерями отступить. Но все же повстанцы теряли убитыми несравненно больше, чем правительственные войска. Так, в селе Акташ (Альметьевский р-н РТ) в ходе уличного боя было убито 800 крестьян. Когда селение было очищено от повстанцев, там было найдено 14 трупов красноармейцев, истыканных кольями и вилами. Истребление коммунистов, милиционеров и советских работников, в том числе учителей, происходило повсеместно. Например, в Мензелинском уезде было 300 коммунистов, советских работников, в том числе учителей; Белебеевском уезде — 200 человек, 52 из которых только в одной Старо-Калмашевской волости (Чекмагушевский р-н РБ). Стычки с советскими отрядами происходили в селениях Чершилы, Азнакаево, Алькеево, Каракашлы, Акбаш и других.

Восстание подавлялось очень жестоко, особенно свирепствовали «воины-интернационалисты», грабившие всех подряд — даже сторонников Советской власти: «Грубое, нечеловеческое обращение с населением — особенно в этом отличились китайцы и эскадрон мадьяр; разграблялись сплошь и рядом семьи красноармейцев. В Ново-Шешминске четырьмя китайцами расстреляна женщина с грудным ребенком на руках. Замечались случаи насилия над женщинами». Сводка от 3 марта 1920 года: «В Самарской губернии снова восстание, в конце февраля появилась заметка, что восстания в Бугульме почти ликвидированы, но, однако, и до сих пор [она] в руках восставших башкир. Теперь Красная Армия отрезана» (Крестьянское движение в Поволжье. С.471).

«Народная Армия» и ее руководители

Председатель Казанского губисполкома И.И. Ходоровский сообщал В.И. Ленину в своей телеграмме от 26 февраля 1920 года: «Восстанием были охвачены три смежных уезда: Чистопольский, Мензелинский, Бугульминский со штабом в Заинске. В восстании участвовали исключительно татары (т.е. мусульмане, — прим. авт.). Установлена наличность военной организации злостных дезертиров, бывших офицеров, помещиков, участвовал территориальный полк всевобуча».

Всевобуч — это курсы военной подготовки без отрыва от производства. Как видим, даже курсисты, призванные на военные сборы, переметнулись на сторону восставших. Вероятно, на основе именно этого территориального полка были сформированы Башкирский и Стерлитамакский полки. Их уполномоченные 28 февраля прибыли в деревню Биккулово Спиридоновской волости Бугульминского уезда (д. Карабикулово Шенталинского р-на Самарской области) и передали восставшим резолюцию общего собрания своих полков: «Мы, башкиры и красноармейцы, присоединяемся к крестьянскому восстанию…» (Крестьянское движение в Поволжье. С.393). Упомянутый Стерлитамакский полк не мог иметь отношение к городу Стерлитамаку, тогдашней столице Башкирской Республики. Следовательно, он получил свое наименование от другого населенного пункта с похожим названием, возможно, от села Стерлитамак (с. Верхнее Стярле Азнакаевского р-на РТ).

Наиболее жестокое сражение между повстанцами и советскими войсками произошло в районе Бугульмы. Упомянутый выше И.И. Ходоровский телеграфировал в центр: «Картина восстания: из волости в волость двигались инициативные группы вооруженных людей, заставляя волости присоединяться, что большей частью делалось охотно. Вооруженные группы давали форменные бои, наступали цепями. В селе Барыш, в районе Бугульмы, части Запармии (Запасной армии, — прим. авт.) в течение пяти дней не могли сбить повстанцев в количестве 3000, из коих 300 вооруженных. В пятидневных боях части Запармии потеряли до 300 убитых, противник отсюда выбит. Повстанцы проявляют невероятную жестокость. В Заинске найдено 27 убитых коммунистов».

Именно Заинск стал центром Бугульминско-Чистопольского повстанческого района. Командование Запасной армии сообщало о необычайно хорошей для крестьян-повстанцев организации: «Организация Народной Армии (как ее называли повстанцы) была таковая: прежде всего, были организованы штабы и полуштабы с начальниками штабов и командующими, которые руководили известными районами. Начальник штаба назначает в каждом селе военного коменданта, на которых возлагалась мобилизация всего мужского населения от 18 до 45 лет и формирование полков, назначение комполков, комбатальонов, комрот и т. д.».

В селе Ерыклы (Новошеминский р-н РТ) начальником штаба был некий Борисов, в районе Новошешминска военными действиями руководил «штабс-капитан старой армии» Седов, «также фигурировали два офицера — братья Нефедовы и какой-то Милованов — фельдфебель старой армии». Всего численность «Народной Армии» в этом районе достигала 35 тысяч человек. Против них было брошены свежие силы: 1837 красноармейцев, 1 орудие, 12 пулеметов, а также 2 бомбомета. К середине марта восстание в этом районе было разгромлено. В плен было взято 878 человек.

Продолжение следует

Салават ХАМИДУЛЛИН.
Справка

Салават Ишмухаметович Хамидуллин — историк, к.и.н., журналист.

  • Родился в городе Стерлитамаке в 1968 году.

  • Образование: Башкирский государственный университет (исторический факультет)

  • 1990—1991 годы — корреспондент газеты «Истоки».

  • 1991—1995 годы — редактор молодежной редакции Республиканского ТВ, руководитель творческого объединения «Молодость».

  • С 1995 года — корреспондент программы «Башкортостан», редактор ТО «Гилем», ТО общественно-политических программ, начальник отдела познавательных и исторических программ, руководитель редакции познавательных программ студии БСТ.

  • Автор и телеведущий телепроектов «Историческая среда» и «КЛИО».

  • Автор ряда документальных фильмов, книг и научных публикаций об истории Башкортостана и башкирских родов. Колумнист «Реального времени».

  • Лауреат Государственной премии РБ им. С. Юлаева, Республиканской премии в области журналистики имени Ш. Худайбердина. Победитель международных и республиканских телефестивалей.

«Реальное время».

Просмотров: 651

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>