Ильдар Гильмутдинов: «Нет у нас еще законопроекта о российской нации»

e68a354671da1ceaКак на Гайдаровском форуме депутат от Татарстана отчитался о несуществующем законе, экс-министр иронизировал над Уфой, а священнослужители остерегали от «религиозного терроризма»

Второй день Гайдаровского форума закончился экспертной дискуссией, которая меньше всего затрагивала вопросы экономики, но тесно связана с политикой, — «Религиозное и этнокультурное разнообразие». На одной площадке собрались политологи, этнологи, социологи, государственные деятели, представители различных конфессий и даже бизнесмены. На экспертной встрече присутствовал и корреспондент «Реального времени».

Законопроекта еще нет

Межнациональные и межконфессиональные отношения довольно часто находятся в центре внимания СМИ в связи с происходящими в мире процессами: военными конфликтами, миграцией населения, отдельными заявлениями некоторых политиков. А в таком государстве, как Россия, такой вопрос не сходит с повестки практически никогда. Поэтому неспроста на Гайдаровском форуме – 2017 была организована экспертная дискуссия «Религиозное и этнокультурное разнообразие: развитие, устойчивость, безопасность».

Напомним, в конце прошлого года в стране вновь подняли эти темы, когда президент России Владимир Путин распорядился разработать закон о российской нации. Высказывались различные, диаметрально противоположные предположения, что это будет за закон. У некоторых это президентское поручение вызвало иронию, скепсис и даже неприятие, других же воодушевило и подарило надежду.

Между тем председатель Комитета Госдумы по делам национальностей Ильдар Гильмутдинов, выступая на форуме, сообщил, что он каждый день получает десятки писем, связанных с этим законом. Некоторые уже просят ознакомить с его содержанием.

— Хочу официально заявить: никакой комитет еще не приступил к нему. Нет у нас еще законопроекта, — подчеркнул депутат, избранный в нижнюю палату парламента от Татарстана.

Он зачитал поручение президента, в котором сказано, что президиум Совета по межнациональным отношениям при президенте РФ должен «представить предложения о подготовке проекта нормативно-правового акта, регулирующего отношения в сфере укрепления единства многонациональной Российской Федерации (российской нации)».

— Президент понимает, что это очень тонкая тема, — продолжил парламентарий. — Здесь нужно все сверить. Поэтому и создана рабочая группа, в которую входят ученые, практики, общественники, специалисты, сейчас туда подключаются и регионы. Только через тщательное обсуждение, многочисленное количество площадок появится нормативно-правовой документ, о котором говорим.

Гильмутдинов попросил «не раскачивать ситуацию». По его словам, президент в условиях многонациональной и поликонфессиональной страны ищет возможности вместе двигаться вперед — объединяющие факторы.

«Раскачивающим» примером депутат назвал установку памятников людям, которые жили десятки, сотни и тысячу лет назад. Вероятно, он намекнул на памятники Сталину, Екатерине II, Ивану Грозному и князю Владимиру, которые уже установлены или будут воздвигнуты в городах России. Ставить памятники, по его словам, уместно героям войны, труженикам и другим людям, которые не вызовут противоречия в обществе.

— Никаких закрытых тем в национальных вопросах не должно быть. Если у нас что-то болит, мы должны сказать об этом. Если мы закроем рот, у нас появятся проблемы, — резюмировал он, обратившись к присутствующим экспертам с предложением взаимодействовать с ним и делиться идеями.

Башкирия — не Техас, Россия — не США

В свою очередь руководитель Центра по изучению экстремизма и ксенофобии Института социологии РАН Эмиль Паин предпочел говорить именно о «культурном разнообразии», а не о «национальной политике». Такой подход, по его словам, будет более продуктивным.

— В стратегии государственной национальной политики есть также понятие «гражданская нация», сказал Паин. — Даже у экспертов нет ясного понимания, что это такое. Во всяком случае, существует огромное разнообразие представлений об этом.

— Сейчас я тебе объясню, — прервал его присутствующий на дискуссии Валерий Тишков — научный руководитель Института этнологии и антропологии РАН, зампредседателя президиума Совета при президенте РФ по межнациональным отношениям.

Тишков одобрил понятия «этнорелигиозное» и «культурное» разнообразие. Такое разнообразие, по мнению этносоциолога, должно проистекать не только через «дружбу народов», но и через «дружный народ», поскольку «дружба народов» обозначает, что сегодня люди дружат, а завтра раздружатся.

— У нас это доходило до абсурда. Приезжает президент в одну из республик нашей страны, и там его встречают лозунгами «Башкортостан и Россия — навеки вместе». Точно так же, как если бы где-нибудь встречали американского президента, а там: «Техас и Америка — навеки вместе», — поиронизировал он.

Важным шагом, который произошел за последние десятилетия, академик назвал формирование и утверждение общероссийской идентичности, понятий «мы россияне», «российский народ» — наряду с возвращением религиозных институтов.

Тишков, вспоминая, когда он работал в правительстве Егора Гайдара на посту министра по делам национальностей, сообщил, что предлагал в преамбуле Конституции России писать «Мы многонародная нация», а не «многонациональный народ», чтобы подчеркнуть национальную суть нашей страны.

— Речь идет о множественной, не исключающей друг друга идентичности: «Не русский я, но россиянин», — процитировал он известную фразу башкирского классика Мустая Карима. — Поэтому все это зафиксировано президентом в межнациональных отношениях. Да, есть оппозиция, есть критики — те, кто стоят на этнонациональной трактовке нации.

Слово пастырям

Пришедшие на встречу религиозные деятели сделали акцент на конфессиональной составляющей обсуждения. Митрополит Волоколамский Иларион, возглавляющий отдел внешних церковных связей РПЦ, рассказал, что с 1988 года число православных приходов в России выросло с 10 тысяч до 36 тысяч, т.е. в стране каждый день открывается по 2—3 храма. И этот темп, по его словам, не сбавляется. Причем подобные процессы происходят и в других конфессиях.

При этом любая религия осуждает терроризм. По мнению клирика, не бывает «религиозного терроризма» или «терроризма на религиозной почве». В этом с ним согласился заместитель председателя Совета муфтиев России Рушан Аббясов.

— Хорошо, если бы в средствах массовой информации не употреблялись слова «исламский экстремизм», «исламский терроризм» или «исламский радикализм», — развил тему Рушан хазрат. — Недавно президент нашей страны обратил внимание, чтобы слово «террор» не употреблялось с «исламский». Тысячелетняя история добрососедских отношений помогает это перебороть.

Также он напомнил, что летом 2015 года в Болгаре (Татарстан) главы крупнейших муфтиятов страны подписали «Социальную доктрину российских мусульман», в которой разъяснены термины «джихад», «шахид» и другие.

Как отметил протоиерей Всеволод Чаплин, понятия «нация» и «народ» зачастую касаются власти. Общегражданская идентичность покрывает идентичности этническую и религиозную. Для каждого человека его национальная или религиозная идентичность является главной. И отделение политики от религии, по мнению нашего колумниста, невозможно, подобная концепция провалилась. Поэтому государственным деятелям нельзя игнорировать религиозный и этнический факторы.

«Реальное время».

Просмотров: 680

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>