«Если в России и начнется буржуазная революция, то она начнется с Татарстана»

rafa-2Республика может стать для Российской Федерации в XXI веке тем, чем стала Голландия для Европы в XVI–XVII веках

К дискуссии о том, на что должны делать упор в Болгарской исламской академии, подключился известный историк Рафаэль Мухаметдинов. Он вспоминает о «татарской модели развития», которая, основываясь на исламе, способствовала экономическому и политическому прорыву Турции в прошлом столетии. Это наследие должно стать основой религиозного обучения и сегодня.

«ВСЕ ПО МАРКСУ, ТАК ЧТО РАНО СТАРИКА ВЫБРАСЫВАТЬ НА СВАЛКУ»

Насколько я вижу из публикаций в СМИ, пока ясной и четкой концепции или стратегического направления для программы обучения в Болгарской исламской академии не просматривается. Идет негласная дискуссия между нынешним и бывшим заместителями муфтия Татарстана — ректором РИУ Рафиком Мухаметшиным и Рустамом Батровым. Первый предлагает опираться на испытанные временем авторитетнейшие арабские образовательные структуры, второй же предлагает использовать татарское богословское наследие начала ХХ века, которое было самым прогрессивным в мире не только для своего времени, но и сохраняющим во многом свою актуальность и сейчас.

Мне бы, как историку, хотелось рассмотреть эту дилемму в более широком историческом и социальном контексте.

Из истории известно, во всех феодальных и полуфеодальных обществах религии играли роль государственных идеологий — например, ислам в Арабском Халифате в средние века. Даже в Советском Союзе коммунистическая идеология играла роль государственной религии, так как это государство в социальном плане оставалось полуфеодальным образованием. Некоторые государства под флагом религии пытались создать глобальные проекты: османское государство — Всемирный Халифат, Россия — Третий Рим. Россия после 1917 года Третий Рим заменила на новую цель — мировую большевистскую революцию.

Но после эпохи Возрождения, а также последовавшими за ней промышленной и буржуазной революциями Европа делает крутой разворот, а мусульманский Восток безнадежно отстает от Запада.

Здесь будет уместным вспомнить эволюцию развития человечества согласно теории формаций по Карлу Марксу — от общинной формации через рабовладельческую, феодальную, буржуазную к коммунистической формации. Современные исследователи, лишь приглушив классовый антагонизм Маркса, назвали феодальное общество аграрным, а буржуазное — индустриальным. Современное же западное общество они называют постиндустриальным, то есть посткапиталистическим. Если в индустриальном обществе, по Марксу, было два антипода: буржуазия и пролетариат, то в постиндустриальном обществе пролетариат сведен до минимума, так как часть промышленности переведена в страны Азии, а в другой части рабочие заменены роботами. Буржуазия «размыта» в среднем классе, которым являются практически все граждане западных стран. Их антиподы — маргинальные слои, приехавшие в Европу из мусульманских и африканских стран. Таким образом, постиндустриальная формация начинает носить международный и даже глобальный характер. Вот эта реальность и породила теорию войны цивилизаций. Как говорится, все по Марксу, так что рано старика выбрасывать на свалку.

 «ПОЧЕМУ КАК У АРАБОВ, ТАК И У РОССИИ НЕ ПРОИЗОШЛО ПЕРЕХОДА К ИНДУСТРИАЛЬНОМУ ОБЩЕСТВУ?»

Человечество развивается по этим формациям поступательно. На мой взгляд, большинство мусульманских народов и стран, кроме, пожалуй, Турции и Малайзии, находятся на аграрной стадии развития. Например, ислам арабского мира — это ислам аграрного общества, поэтому там не может возникнуть произведения аналогичного «Протестантской этики и духу капитализма» Макса Вебера.

Турция до конца 1980-х годов (а арабский мир и по сию пору) находится в путах аграрного общества. Эта модель общества характеризуется наличием формальных надстроечных атрибутов буржуазной формации, таких как всеобщая грамотность, наличие университета, национального административного языка, формальной демократии и формальной многопартийности.

Кстати, эти формальные атрибуты есть и у современной России. Но во всех подобных обществах нет самого существенного: немонополизированной, действительно рыночной, экономики и свободной, независимой буржуазии как социального класса с его свободными политическими партиями и СМИ.

Спрашивается: почему как у арабов, так и у России не произошло перехода к индустриальному обществу? Во-первых, эти страны эволюционно еще не достигли необходимого культурного и цивилизационного уровня для подобного перехода.

Во-вторых, часть интеллектуальной элиты этих обществ, отрицая западный формационный путь развития, старается развиваться по каким-то небывалым незападным моделям. Но выдумать что-то кардинально новое и свое не получается, и тогда некоторые, чтобы сохранить свою неповторимость, бегут в свое прошлое и строят Всемирный Халифат. Другие создают скрепы, устраивая средневековые мистерии над святыми мощами при многокилометровых очередях народа.

Думаю, что путь у человечества один, только разные народы находятся на разных ступеньках этого пути.

«БУРЖУАЗИЯ КАК КЛАСС НАЧИНАЕТ ФОРМИРОВАТЬСЯ ЛИШЬ В 1970-80-Е ГОДЫ В СВЯЗИ С ИСЛАМСКИМ ФАКТОРОМ»

А теперь обратимся к Турции. Так как в Турции буржуазии как широкого социального слоя (класса) не существовало вплоть до 1970-80-х, то там занялись построением лишь надстроечной части нации, а именно — «высокой» национальной культуры. В связи с социальной структурой тогдашнего турецкого общества очень интересно замечание французского исследователя Франсуа Жоржона, который писал: «Ведь еще в 1960-х годах среди интеллигенции велись споры о том, существует или нет в Турции буржуазия!»

Как ни странно, буржуазия как класс начинает формироваться лишь в 1970-80-е годы в связи с исламским фактором. Здесь наиболее интересным мне показалось указание турецкого исследователя Шерифа Мардина на определенную связь между знаменитыми экономическими реформами Торгута Озала, приведшими страну к экономическому буму, и исламским фактором. Он писал: «Та социальная структура, которая возникла при правлении Торгута Озала и которую я называю „экономикой захолустий и медвежьих углов“, она своими корнями связана с почвой турецкой провинции и ислама… Вхождение в обиход понятия мусульманского налогообложения является одним из примеров использования исламских ценностей для воздействия на жизнь общества. Мусульмане воспринимают подобное налогообложение как исламскую благотворительность».

Таким образом, появились тысячи предприятий и сформировался средний класс, который в будущем и привел к власти Партию справедливости и развития. Роль ислама здесь, на мой взгляд, заключалась в том, что он способствовал возникновению праведного бизнеса или, другими словами, широкого народного турецкого капитализма с человеческим лицом.

«ПРЕДТЕЧЕЙ ПЕРЕХОДА К БУРЖУАЗНОЙ МОДЕЛИ ОБЩЕСТВА И НАЦИОНАЛИЗМУ КАК В ТУРЦИИ, ТАК И В АРАБСКИХ СТРАНАХ БЫЛА ТАТАРСКАЯ БУРЖУАЗНАЯ МОДЕЛЬ ОБЩЕСТВА»

Что же происходило в ХХ веке в арабском мире? Там появилась тенденция, гласившая: «Нам не надо повторять европейский путь, мы разовьем свою цивилизацию на базе ислама».

На мой взгляд, в арабском же мире до сего дня так и не сформировались индустриальное общество и буржуазия как класс. Даже сейчас, если отбросить добычу газа и нефти, совокупный валовый продукт 35-миллионной Испании больше, чем совокупный продукт 22 арабских стран с населением более 200 миллионов человек.

На мой взгляд, предтечей перехода к буржуазной модели общества и национализму как в Турции, так и в арабских странах была татарская буржуазная модель развития. Дело в том, что именно татарский национализм в начале ХХ века через джадидизм (обновленческое движение) был тесно связан с исламской культурой и был самобытным явлением.

Что касается роли религии в формировании нации, то еще в начале ХХ века Юсуф Акчура считал, что ислам должен видоизмениться с тем, чтобы допустить в своем лоне формирование наций. Об этом видоизменении религии он писал следующее: «Что касается этого видоизменения, то оно почти неизбежно: главная тенденция развития, которая просматривается в современной истории, — это тенденция развития рас (этносов — Р. М.). Религии как таковые постепенно теряют свое значение и силу. Религии все более и более переносят свою деятельность из общественной сферы в личную сферу жизни человека… Вследствие этого религии могут сохранить свое политическое и общественное значение, лишь объединяясь с этносами, помогая и даже служа им».

«ТАТАРСКОЕ ОБЩЕСТВО С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ РАЗВИТИЯ БУРЖУАЗНОСТИ И МОДЕРНИЗАЦИИ БЫЛО ЛИДЕРОМ МУСУЛЬМАНСКОГО МИРА»

Если говорить об эволюции татарского общества и роли ислама в нем, то можно сказать следующее. Уже в начале ХХ века, вплоть до 1917 года, татарское общество с точки зрения развития буржуазности и модернизации было лидером мусульманского мира. Сформировалась национальная буржуазия, которая была тесно связана с народом своим меценатством в содержании мечетей и медресе, благотворительных обществ. Была поголовная грамотность и формировалась высокая культура в виде высших медресе, существовали политические партии и развитая пресса. Мусульманская махалля была прообразом института гражданского общества. В этот период жили и творили такие выдающиеся мыслители общемусульманского уровня как Муса Бигиев, Зыя Камали, Ризаетдин Фахретдинов, Галимджан Баруди. Такого общества не было тогда даже в Османской Турции, не говоря уже об арабском мире.

Переход от патриархальности и феодальных норм к буржуазному стилю и модернизации жизни проходил в рамках обновленческого движения, получившего название джадидизм.

В русле джадидизма возникла своего рода «татарская модель развития», которая содержала в себе три направления для достижения прогресса: исламизм (уважение религиозных традиций, реформа религиозного образования), тюркизм (тюркское национальное самосознание, ощущение единства всех тюрков, исследования по тюркской истории), модернизация (развитие буржуазных отношений, свободы женщин, социальный и экономический прогресс).

Можно сказать, что суть татарского джадидизма в идеолого-политическом плане сводилась к тому, что татарская элита пыталась создать гармоничный синтез ислама с национализмом и сопутствующей ему (национализму) модернизацией.

«ДЛЯ МНОГИХ СОВРЕМЕННЫХ МУСУЛЬМАН ИСЛАМ НАЧИНАЛСЯ С БЕЛОГО ЛИСТА»

Естественно, после большевистского геноцида против мусульман сейчас уже нет того слоя мусульманских интеллектуалов и их состоятельных покровителей, которые были на заре ХХ века. Для многих современных мусульман ислам начинался с белого листа. Но за три десятилетия возник новый слой священнослужителей, сформировались образовательные и административные структуры.

Чтобы развивать ислам, надо ответить на наиважнейшие вопросы: какой должна быть его роль в обществе и какие задачи он должен выполнять? Лишь ответив на них, можно говорить о том, кого и по каким программам должны готовить мусульманские учебные заведения.

Не вдаваясь здесь в богословскую конкретику и исполнение муллами традиционных обрядов среди населения, хотелось бы сказать о трех стратегических направлениях, которые бы я пожелал видеть в нашем исламе.

1. Мечети должны стать центрами социальной взаимопомощи, мусульманской и национальной консолидации, так как ислам в течение веков помогал татарскому народу выживать в условиях гнета. Ислам составляет часть национальной идентичности большинства татар.

2. Я вижу наши храмы как очаги высокой культуры, распространяющие среди прихожан и среди населения вообще широкий спектр знаний и не только религиозных. Ведь приобретение знаний — альфа и омега ислама. В Коране есть такие выражения, как: «Тааллям, ва ляв бис-сихри!» («Учись, хоть через волшебство!») и «Учись, если даже для этого придется поехать в Китай». При мечетях было бы неплохо организовать лектории по истории и культуре ислама и татарского народа, также бесплатные и платные курсы татарского, арабского, английского и турецкого языков — особенно татарского, учитывая процесс языковой ассимиляции татар. Первый шаг уже сделан — муфтий Татарстана распорядился читать пятничные проповеди только на татарском языке. Думаю, что его авторитет среди татар после этого сильно вырос.

В этом русле надо сделать еще следующее: сейчас в Институте истории АН РТ уже почти завершен перевод с арабского и старо-татарского языков на русский и изданы труды татарского дореволюционного богословского наследия в 12 томах. Их необходимо будет также издать на татарском языке и включить в обязательный курс для преподавания в РИУ и в Булгарской академии. Преподавание должно вестись на татарском языке — в крайнем случае, для преподавателей из арабских стран некоторые предметы можно разрешить вести на арабском. Как принято во всех нормальных странах, для не знающих языка необходимо будет первый год учиться на курсах татарского, и только сдавшие экзамен по нему должны допускаться к дальнейшему обучения. Это должно касаться как абитуриентов, так и профессоров-преподавателей. Лучше меньше, да лучше — нам спешить некуда. А то гнались за знаниями — не важно, на каком языке — и наклепали тысячи манкуртов.

3. Этика ислама и вера в Аллаха. Вера в Бога — это основа любой религии. Коран переполнен информацией о нравственных нормах, о том, что мусульманин должен творить добро для людей и так далее. Но грош цена будет во всем этом для человека, который не обладает верой. Если у человека не будет веры, то не будет и воли выполнять все эти нравственные нормы, он превратится просто в болтуна и демагога.

«ТАТАРСТАН СЕГОДНЯ МОЖНО НАЗВАТЬ МАСТЕРСКОЙ ВСЕЙ РОССИИ: ОН ПЕРЕНАСЫЩЕН ПРОМЫШЛЕННОСТЬЮ И ИНВЕСТИЦИЯМИ СО ВСЕГО МИРА»

Особенно это важно в наше время, когда мы все через телевидение, телефон и интернет просто перенасыщены информацией. Все всё знают, но многие не делают даже того, что им необходимо для сохранения здоровья, не соблюдают чувства меры, а значит, не идут по праведному, прямому пути. Много знают, но мало делают. Это — беда нашего века. Нашу волю может воспитать только вера. Таким образом, вера может сделать из вас трезвого, дисциплинированного и делового человека. Это — очень современно.

Арабским профессорам можно дать преподавание арабского языка, чтение и комментирование Корана, хадисоведение и изучение жизни Пророка. Все остальные предметы пусть читают татарские и турецкие преподаватели.

Выпускники РИУ и Болгарской академии кроме религиозного образования параллельно должны получать и светскую профессию, например профессию школьного учителя татарского или английского языка, но в том случае, если им не найдется места в религиозной сфере. Например, когда я учился на Восточном факультете Ленинградского университета, если выпускник не мог устроиться по своей основной специальности дипломатом, переводчиком или научным сотрудником с восточным языком, он всегда мог пойти в школу преподавать английский язык.

И еще один аспект. Некоторые наши муллы говорят, что узбеков и таджиков больше приходит в мечеть, чем татар. Это говорит лишь о том, что у нас господствует ислам аграрного общества, а татары стоят в преддверии буржуазного общества. В эпоху промышленной революции Англию называли «мастерской мира». Татарстан сегодня можно назвать мастерской всей России, он перенасыщен промышленностью и инвестициями со всего мира. Если в России и начнется буржуазная революция, то она начнется с Татарстана, как в Европе когда-то подобная революция началась с маленькой Голландии. Нам, татарам, необходим как воздух прилив новых интеллектуальных сил в сферу ислама. Меценаты и государство создало материальную базу в виде здания. Но для того чтобы команда хорошо играла, одного стадиона недостаточно, необходимо найти и собрать приличных игроков, дать приличное жалованье игрокам и тренерам. Так и здесь. Просто так ничего не происходит.

Мне кажется, наш ислам не должен увязать в схоластике, в ненужных спорах о каких-то мелких формальных вопросах: он должен быть простым, ясным и прагматичным с точки зрения требований современной жизни. У нас должны готовиться кадры для работы по трем направлениям, которые я перечислил выше. На мой взгляд, эти направления будут востребованы в народе.

Рафаэль МУХАМЕТДИНОВ.

Мухаметдинов Рафаэль Фардиевич — кандидат исторических наук. Видный общественный деятель и ученый тюркского мира. Родился 4 мая 1947 года в городе Березовский Свердловской области. В 1974 году окончил Турецкое отделение филологии Восточного факультета Ленинградского университета. До 1981 года работал в качестве переводчика в индустрии туризма в Ленинграде. С 1981 года был научным сотрудником в системе АН Татарстана, с 1996 года по 2013 год — в Отделе истории общественной мысли и исламоведения Института истории им. Марджани АН РТ.

Основное направление научной деятельности — исследование истории формирования идеологии татарского национализма и тюркизма (пантюркизма). Автор трех монографий по этой тематике: «Зарождение и эволюция тюркизма» (1996), «Нация и революция (Трансформация национальной идеи в татарском обществе первой трети ХХ века)» (2000), «Идейно-политические течения в постсоветском Татарстане (1991 — 2006)» (2006). Автор более сотни статей на татарском, русском, турецком и английском языках в отечественных и зарубежных изданиях. В 1997 году защитил кандидатскую диссертацию на тему «Юсуф Акчура и Зия Гёкалп: формирование идеологии тюркизма (70-е годы XIX века — 30-е годы ХХ века)».

Один из инициаторов создания в Татарстане общества культуры им. Марджани, первый председатель Татарской партии национальной независимости «Иттифак» (1990), первый председатель ассамблеи тюркских народов (АТН) СССР — СНГ (1991 — 1993), автор первой программы АТН, автор «Манифеста-обращения АТН к президентам, властным структурам, общественным организациям и народам тюркских республик», который 15 сентября 1991 года был направлен во все соответствующие инстанции. Главной идеей «Манифеста…» было создание союза тюркских государств (СТГ). В 1991 — 1992 годах Мухаметдинов был организатором и участником совещаний лидеров АТН в Алматы, Махачкале и Нальчике. В ноябре 1991-го участвовал в первом симпозиуме по созданию основы для унифицированных латинских алфавитов тюркских языков, состоявшемся в Стамбуле. В июне 1992 году принял участие в работе второй всемирной тюркской конференции в Нью-Йорке и был избран почетным членом всемирного тюркского комитета. Был участником 9 из 11 съездов братства и сотрудничества тюркских государств и народов, состоявшихся в 1993 — 2007 годах в Турции и Азербайджане. С 4 ноября 2007 года является членом координационного комитета всемирной ассамблеи тюркских народов (ВАТН). Принимал участие в работе многих международных конференций и политических форумов по проблемам тюркских народов, проводившихся в СНГ, Турции, США и продолжает научно-исследовательскую деятельность.

4 мая 2017 года в связи с 70-летним юбилеем и за многолетнюю плодотворную деятельность в деле возрождения и единения тюркского мира президиум ВАТН принял решение о награждении Мухаметдинова золотой медалью «Культегин» и нагрудным знаком ВАТН.

Владеет пятью языками: татарским, русским, турецким, немецким, английским.


«БИЗНЕС Online».

Просмотров: 712

Комментирование запрещено