Марат Башаров: «Путин – татарская фамилия, задумайтесь об этом…»

56717_3Известный актер о поездке в Сирию, работе с муфтиятом Москвы, Алине Загитовой и Татьяне Тарасовой, а также драках по национальному признаку

Театральное представление «Разговор с душой. За гранью» показывали на прошлой неделе на сцене Камаловского театра. Режиссером и исполнителем главной роли в проекте выступил именитый артист Марат Башаров. «БИЗНЕС Online» перед одной из казанских репетиций поговорил со звездой российского кино о взятых под опеку актером сирийских девочке и мальчике, нехватке мечетей в Москве, съемках в фильме «Мулла» по пьесе Туфана Миннуллина и общении на татарском с собственными детьми.

«БОГ ДАЕТ ТЕБЕ МНОГОЕ, ОН ПОЗВОЛЯЕТ ТЕБЕ МНОГОЕ»

— Марат, расскажите о своей недавней поездке в Сирию, в лагерь беженцев. Зачем вам это?

— Наверное, это было и для себя… Будучи медийным человеком, приходится ездить в детдома, в больницы, к разным людям, например к солдатам в военный госпиталь имени Бурденко. Там лежат молодые ребята, пострадавшие в боевых точках. Я считаю, что это такое обязательство, моя обязанность. Во-первых, как человека, имеющего возможность посетить то место, в котором, вероятно, людям нужна твоя помощь. Во-вторых, повторю, я публичная персона, и, конечно же, это часть моей профессии — заниматься благотворительностью, потому что Бог дает тебе многое, он позволяет тебе многое, и вот за то, что он тебе позволяет и дает, всегда нужно его благодарить и просить. Всевышний говорил: «Просите меня, и я вам отвечу».

У меня есть две ноги, две руки, голова на плечах, есть язык, слава богу, еще мыслю. И вот пока я мыслю, буду просить у Аллаха не только за себя, но и за тех людей, которые нуждаются в его помощи, защите, поддержке, поэтому, когда Ильдар хазрат Аляутдинов, муфтий Москвы, предложил вместе с ним поехать в горячую точку, я без раздумий согласился, ибо это святое дело. И потом, конечно же, интересно, когда еще побываешь, посмотришь.

И вот побывал, посмотрел… Не дай бог, конечно, оказаться в такой ситуации, в которой оказались местные жители. Безусловно, эта поездка заставила задуматься о многом. Я бывал в горячих точках, наблюдал многое: был во Вьетнаме, в Камбодже, видел пострадавших детей, семьи, но никак не ожидал, что увижу картину еще хуже, ужаснее, еще страшнее. Даже не мог предположить, что все окажется вот так.

— Хотите еще поехать?

— После спектакля «Разговор с душой. За гранью» мы разговаривали с Ильдаром хазратом, я у него спросил, когда в следующий раз они снова собираются поехать в Сирию. Скорее всего, это будет середина апреля. Иншалла, еще раз съездим, но уже не в эти лагеря, а в другие, чтобы оказать помощь и там.

— Вы взяли под опеку детей — мальчика Ахмада и девочку Асму, некоторые СМИ пишут, что вы их даже усыновили.

— Я взял их под опеку, да, но не говорил про усыновление. Придумывают просто журналисты, ваши друзья, братья, сестры и так далее, которых я не очень долюбливаю за это. Никакого удочерения, усыновления — это опека, опекунство. Чем отличаются эти два понятия, пусть читатели посмотрят в энциклопедии, причем не в интернете, как сейчас принято, а сходят в библиотеку.

— Собираетесь с этими детьми еще увидеться?

— Бог даст, съездим в Сирию в апреле — конечно, обязательно заеду к ребятам. Сейчас мы занимаемся визой для них и их матерей, потому что и у Асмы есть мама, и у Ахмада, а больше никого… Визой мы занимаемся для того, чтобы они имели возможность приехать ко мне в Москву. Как раз должно стать теплее, не так холодно, надеюсь. Зима задержалась. Покажу им столицу. Хотя я думаю, что сразу много всего показывать не стоит, так как они бедные, из своего района никуда и не выезжали, ничего не видели. Слишком много информации, от этого можно и с ума сойти. Все будет постепенно. Алла бирса, привезем в Казань, покажем ее, а как же по-другому?!

— Сводите их на свои спектакли?

— Понимаете, они не говорят ни по-русски, ни по-английски, только на арабском языке, поэтому общение происходит через переводчика. Я надеюсь, что свожу их в цирк — это общедоступный, универсальный язык, он понятен всем. Также предполагается зоопарк… В общем, обычная детская программа. Слава богу, что в Москве полно всяких мест, развлечений для детей — куча всего.

Жалко, конечно, что в театр не получится сводить как зрителей, но я обязательно проведу их за кулисы, покажу кухню театральную. Театр интересен еще и с обратной стороны. Я никогда не забуду, когда в первый раз попал в театр «Современник» и навсегда остался там. Меня привели за кулисы: и вот эта темнота, запах, театральная пыль, атмосфера — театр влюбил меня в себя при первой же закулисной встрече. Поэтому ребят тоже туда свожу.

«СТАРАЮСЬ НЕ ПОДВОДИТЬ ДУХОВЕНСТВО, КОТОРОЕ ДЛЯ МОЕЙ ЗАЩИТЫ, ОПЕКИ ОТПРАВИЛА МАМА»

— Вы также говорили, что хотите свою постановку «Разговор с душой. За гранью» повезти в Сирию, в Ливан.

— Да, мы собираемся постановку везти и в Ливан, и в Дамаск. Опять же если нас пустят, ибо сейчас в Дамаске снова все ухудшилось. А в спектакле занято огромное количество человек, во-первых. Во-вторых, мы же не будем играть при пустом зале, придут зрители. Но, как нам объяснили, большое скопление людей — мишень для террористов, поэтому пока думаем…

— В постановке «Разговор с душой», которая также посвящена тому, что человек уходит к радикалам, звучат мысли о том, что в Москве не хватает мечетей, есть проблема с ношением платков в учебных заведениях, что все это ведет к радикализации…

— Действительно, мечетей в Москве мало, их реально мало. Чтобы попасть в мечеть на большие праздники, люди приходят за три часа. Это такие давки, а ведь хотелось бы, чтобы было как у цивилизованных людей.

В прошлом году я был в Турции, в Анталье, зашел там в мечеть… Как мне понравилось! Там так хорошо, свободно, все друг друга пропускают, уважают. Когда ты там, есть ощущение, состояние настоящего праздника. И так у всех: у самих турок, у туристов-мусульман. Есть возвышенное ощущение праздника. К сожалению, в Москве этого нет: там люди приходят как будто бы для того, чтобы поставить галочку, чтобы покрасоваться, чтобы братки, его диаспора увидели, что он был. И никакого разговора с Богом нет. В московских мечетях такая сборная солянка, кого только нет, это превратилось в рынок. Говорят обо всем, делают все, но только не то, что нужно делать в мечетях. Поэтому пытаемся в «Разговоре с душой» поговорить в первую очередь, конечно, со своей душой, и сделать так, чтобы каждый, кто пришел на спектакль, поговорил со своей душой на тему того, как нужно верить.

— Как вы считаете, посыл доходит до зрителей? Есть обратная связь?

— Я надеюсь, что есть, и хотелось бы больше отдачи, но невозможно всех сразу заставить. У нас в постановке заняты как мусульмане, так и немусульмане, присутствуют представители разных конфессий. Тем не менее этот спектакль нельзя играть как обычную постановку. Обязательно нужно задуматься: для чего ты сейчас выходишь на сцену, что ты хочешь зрителю сказать? Это ни в коем случае не просто необходимость донести информацию, нет. Нужно вместе со зрителем пережить то, о чем мы говорим. Этого мы и будем от них требовать — переживать всю ситуацию вместе с моим персонажем, вместе с другими, вместе с людьми, а не просто показать, что есть вот мы в Москве, есть люди в Сирии, есть то, есть Бог, а вы выбирайте.

— Вы ведь уже третий год в этом проекте совместно с муфтиятом Москвы. Чувствуете изменения в себе?

— Конечно, спустя три года вот уже режиссер (смеется). Через три года уже будет актер, режиссер, продюсер. Но вообще, конечно, чувствуются изменения, мы растем, взрослеем. Я очень рад, что Всевышний свел меня с этой командой, с муфтиятом. Знаете, так получилось, что мама моя ушла и вместо нее пришли эти люди, эта команда, как будто это она их направила ко мне: «Займитесь, пожалуйста, моим сыном, помогайте ему, он вас не подведет». И я стараюсь не подводить духовенство, которое для моей защиты, опеки отправила мама.

«Я УВЕРЕН, ЧТО «МУЛЛА» ПОЯВИТСЯ НА БОЛЬШИХ ЭКРАНАХ И ЧТО БУДУТ БОЛЬШИЕ СБОРЫ»

— Вы снялись в татарстанском фильме «Мулла» по одноименной пьесе Туфана Миннуллина. Почему согласились на участие в этом проекте?

— Я давно жду, когда мы, татары, будем впереди планеты всей, в том числе в киноиндустрии. Ну мы же почти везде впереди, почему кино-то не снимаем? Какая актерская школа у нас, какая режиссерская школа, сценарии, какая у нас история?! Можно столько историй рассказать языком кинематографа зрителям! И ведь люди хотят, им не хватает вот этого сегмента. Все есть, а кино не хватает. Так почему же мы этим не занимаемся? Поэтому, когда мне предложили поучаствовать в данном проекте, я с удовольствием согласился. Мне сказали, что картина будет на татарском языке, который, в принципе, если позаниматься, с моим мишарским акцентом будет очень ничего. Но я согласился на русском играть, ничего страшного.

По сюжету мой герой Артур приезжает из Москвы в деревню к другу, он уже обрусел, обмосквичал… Хотя дело не в этом — я счастлив, что чуть-чуть подвинулся лед в области кинематографии. Дай бог, чтобы картина получилась. Но то, что получилось, то, что я видел на площадке… Мы также общались с режиссером Рамилем Фазлыевым, играющим и главную роль, я видел отрывки спектакля, который он поставил по этой же пьесе, мне очень понравилось: глубоко, тонко. И вся эта история так злободневна. 

— А вам не кажется, что сама пьеса «Мулла» татарского классика Миннуллина немного прямолинейна, а герои в ней слишком уж очевидно разделены на хороших и плохих?

— Нет. А как еще можно говорить об этой теме? Витиевато? Тогда люди махнут — и все, мол, ай. Именно прямолинейно. А картины Германа? Раз — и шок. А Ларс фон Триер, если брать зарубежных постановщиков? Очень хорошо, что это сказано жестким, элементарным языком, потому это трогает душу. Как сейчас затронуть душу зрителя? Тяжело. Есть интернет, телевизор, реклама — что хочешь. Мы все обросли какой-то броней, непонятно из чего состоящей. Кстати, наш спектакль «Разговор с душой» ее пробивает.

— А фильм «Мулла» пробьет?

— Дай бог.

— Сможет ли он добраться до больших экранов кинотеатров?

— Я уверен, что «Мулла» появится на больших экранах и что будут большие сборы. Более того, мне бы очень хотелось, чтобы фильм ездил по фестивалям, чтобы в разных странах показывали бы эту ситуацию. Уверен, что во многих странах похожее положение. Повторю, этот фильм покажет и расскажет всему миру, что такое ислам на самом деле, какие мы в действительности, что не надо бояться, что не надо клеветать на эту религию. У нее нет зла, поэтому мне бы очень хотелось, чтобы мы поездили с данным фильмом.

«К ВЕЛИКОМУ СОЖАЛЕНИЮ, БРАТСТВА ТАТАРСКИХ АРТИСТОВ В СТОЛИЦЕ НЕТ»

— Насколько много татарского в вашей профессиональной и повседневной жизни?

— Наверное, лучше спросить у моих друзей, они вам точнее ответят на этот вопрос. Если честно, постоянно пропагандирую тот факт, что я татарин, призываю: давайте будем все татарами. С друзьями мы часто ездим на гастроли, а сейчас у нас своя хоккейная команда «КомАр», с которой мы также много ездим по стране. Во время таких поездок рассказываю про Даниса Зарипова: мол, смотрите, какой спортсмен, лучший хоккеист, и он татарин. Да и в целом лучшие автогонщики — татары, лучшие теннисисты — татары, и так далее. И вообще, Путин — татарская фамилия, задумайтесь об этом… Так что пропагандирую, стараюсь изо всех сил.

— Кстати, ваши реплики на татарском языке со сцены Камаловского воспринимались на ура, зал взрывался.

— Правда? Ну хорошо.

— Дома в Москве как часто на татарском приходится разговаривать?

— Старшая дочь Амели знает татарский, мама моя говорила с ней на татарском, на арабском учила ее молитвам. Сейчас и Марселя будем потихоньку приучать к татарскому языку. Это же так удобно. В детстве моя мама, когда мы находились в общественном месте и она хотела мне что-то сказать, чтобы никто не услышал и не понял, она переходила на татарский. И так же я веду себя с Амели. Вместо того чтобы писать СМС или жестами что-то показывать, условно говоря, поправь юбку или бант, я обращаюсь к ней на татарском.

— В одном интервью вы рассказывали, что в детстве приходилось драться за то, что вы татарин.

— Да, в школе. У меня был товарищ Боря, он был евреем, прямо таким настоящим, а я настоящий такой татарин. Мы с ним были закадычными друзьями, потом, к сожалению, в 8-м классе он уехал в Америку. Мы были настолько друганы… Знаете, вот как начинается словесная перепалка: «Дурак». — «Сам дурак!» — «Нет, ты дурак!»

Но самое обидное, когда он говорил: «Татарин!» «Ах так, а ты еврей!» — отвечал я ему. И так слово за слово начиналась драка, мы с ним дрались до первой крови. Вечером (а жили мы в одном доме) прихожу домой — форма порвана. Мама спрашивает: «С кем, опять с Борей?» Я отвечал: «Да! А чего он?» Тогда наши родители созванивались: мол, сейчас придем. Меня брали за руку и отводили к нему, или они приходили к нам. И нас мирили с Борей. Но, знаете, когда в 14 лет я получил паспорт, а он у меня до сих пор хранится, то в нем была графа «Национальность». Так вот я написал там «татарин», а Борька не написал «еврей», он написал «русский». Вот так.

— С артистами-татарами общаетесь в Москве?

— К великому сожалению, братства татарских артистов в столице нет. Но с Рамилем Сабитовым, который играет моего отца в спектакле «Разговор с душой» и который исполнил роль хана Берке в сериале «Золотая Орда», например, мы давно знакомы, это не первый наш совместный проект, мы снимались в кино, пересекаемся в театре. Вот с ним мы как бы друг друга тащим, поддерживаем. Он меня куда-то пригласит, я его куда-то, потому что как татары держимся вместе.

С Чулпан Хаматовой, с которой мы также работали вместе, дружим не на татарской почве, а на почве того, что она помогает детям, у нее благотворительный фонд «Подари жизнь». Нет такого, что вот мы татары, давай будем продвигать наше татарское. Так что нет какой-то братии в татаро-московской актерской среде. А если она и есть, меня туда не берут. Опять же, если и есть, то в Казань — нашу татарскую Мекку — приезжает Марат Башаров, а не братия. Ну кто приезжает — Шакуров Сергей Каюмович? Не слышал, а я был в последний раз здесь всего два месяца назад.

«И НА СТАРУХУ БЫВАЕТ ПРОРУХА» — ЭТО БУДЕТ МОЙ ТАТАРСКИЙ ОТВЕТ ТАТЬЯНЕ АНАТОЛЬЕВНЕ»

— Нельзя не спросить вас как участника ледовых шоу и ведущего проекта «Ледниковый период» про триумф наших девушек в женском одиночном фигурном катании на Олимпиаде.

— Про Алину Загитову?

— Да. Почему такое отношение к ней после победы? На телевидении появляется одна Евгения Медведева. Плюс не очень красивая реакции Татьяны Тарасовой, когда она кричала на всю страну о том, что хочет победы Медведевой. Страна буквально раскололась, выбирая между Алиной и Женей.

— Правда? Знаете, Татьяна Анатольевна, конечно, профессионал и собаку съела на этом виде спорта, но обидно, что она показала себя в таком виде. Я всегда верил ей и всегда прислушивался к ее словам, она великий тренер. Оказывается, прошу подчеркнуть, «и на старуху бывает проруха» — вот это будет мой татарский ответ Татьяне Анатольевне.

В целом по поводу всей этой ситуации есть еще одна хорошая фраза: «А Васька слушает, да ест». Поэтому обращаюсь через вашу газету: Алиночка, дорогая, как только ты появилась первый раз на льду, я сразу сказал, что вот этот человек будет олимпийским чемпионом, а может, и не раз. Я счастлив и горжусь тобой! Буду плакать за тебя, вместе с тобой после твоего катания, до и во время. Главное, чтобы не вместо. А раз говорят, раз пишут гадости в соцсетях, значит, помнят. Помните, как наша татарка уделала в Пхенчхане весь мир, в том числе Медведеву, которая, кстати, тоже неплохая девчонка. 

— Вы во время «Разговора с душой» в Казани пошутили немного о прошедших выборах президента России. А сами на выборы ходили?

— Да, а как же? За Владимира Владимировича голос отдал, обязательно. И я не пошутил, я сказал правду, действительно выборы были честными. Дорес (с татарского «правильно»).

«БИЗНЕС Online».

Просмотров: 983

Один комментарий

  1. САЛЯМ МАРАТ! МИНЕМ ИСЕМЕМ МИҢНЕТАҺИР ШАКИР УЛЫ. СИНЕҢ СҮЗЛӘРЕҢ БИК ДӨРЕС ЭНЕМ, МОЛОДЕЦ. КАРТИНА БЕЗНЕҢ ӨЧЕН КИРӘК. БУ ТАРАСОВА ТУРЫНДА УЛ СЕЗНЕ ДӘ БЕР ВАКЫТ ТЕЛӘДЕ БЕГӘРГӘ СЕЗНЕҢ ТОРМЫШЫГЫЗГА КЕРЕШЕП, АНЫҢ НИ ЭШЕ ИДЕ, СИНЕҢ БЕЛӘН ХАТЫНЫҢ АРАСЫНА КЕРЕШЕРГӘ. Ә АНЫҢ КЫЧКЫРГАНЫН, КЕМНЕҢ ҖИҢҮЕН ТЕЛӘП, БУ МЫРКЫЛДАУ БУЛА. АЛИНӘГӘ ИСӘННЕКЛӘР ТЕЛӘП ЗУР УҢЫШЛАР АНЫҢ ӘЛДӘ АЛЫНДА.УҢЫШЛАРЫ ҺӘМ МЕДАЛИ. МАРАТ, СИҢА ИСӘННЕК ҺӘМ УҢЫШЛАР ТЕЛӘП КАЛАМ. САМАРА, 05.04.2018 ЕЛ.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>