«Татары, башкиры, якуты… Общим фронтом мы выстоим не на Угре, но на Москве-реке»

BO_ELG_6773Какие политические последствия может иметь признание стояния на Угре памятной датой в Российской Федерации? Часть 2-я

К чему может привести признание Думой РФ на общефедеральном уровне «Днем независимости» Руси 11 ноября 1480? Об этом говорили эксперты на круглом столе в «БИЗНЕС Online». Не расколет ли общество новая памятная дата? Не подтолкнет ли к тому, чтобы воспринимать это как факт превосходства русских над другими народами? Не поссорит ли нации, у которых в нашей стране общая земля и общая история? И что сделать, чтобы это предотвратить?

УЧАСТНИКИ КРУГЛОГО СТОЛА

  • Трепавлов Вадим Винцерович — главный научный сотрудник, руководитель центра истории народов России и межэтнических отношений Института российской истории РАН, доктор исторических наук.
  • Гилязов Искандер Аязович — директор Института татарской энциклопедии ирегионалистики АН РТ, член-корреспондент АН РТ, доктор исторических наук.
  • Миргалеев Ильнур Мидхатович — руководитель центра исследований Золотой Орды и татарских ханств Института истории им. Марджани АН РТ.
  • Сейдаметов Эльдар Халилович — руководитель крымского научного центра Института истории им. Марджани АН РТ.
  • Измайлов Искандер Лерунович — доктор исторических наук, профессор, завотделом средневековой археологии Института археологии АН РТ, заслуженный деятель науки РТ.
  • Исхаков Дамир Мавлявиевич — доктор исторических наук, профессор.
  • Недашковский Леонард Федорович — профессор Казанского (Приволжского) федерального университета, доктор исторических наук.
  • Айсин Руслан Валерьевич — политолог, руководитель портала «Татполит».
  • Галимов Тэймур Рустэмович — старший научный сотрудник центра исследований Золотой Орды и татарских ханств Института истории им. Марджани АН РТ, кандидат исторических наук.
  • Фомина Татьяна Юрьевна — доцент ФГБОУ ВО «Набережночелнинский государственный педагогический университет», кандидат исторических наук.

Модератор: Галямов Рашид Замирович, издатель «БИЗНЕС Online».

«И ВДРУГ СЕЙЧАС БУДЕМ ПРАЗДНОВАТЬ — МЫ ТАТАР ПОБЕДИЛИ!»

Модератор: Переходим ко второму вопросу нашей повестки — какими политическими последствиями грозит признание стояния на Угре памятной датой в Российской Федерации? Имеют ли реальные основания власти и общественность Татарстана, а также других национальных республик критиковать эту инициативу и если да, то почему? Что вы могли бы предложить как эксперты в контексте происходящего?

Миргалеев: Какая была позиция наших специалистов, нашего института, я уже сказал. Три года идет переписка по этому поводу. Мы не против этой даты как памятной. И в письме губернатора Калужской области обговаривается, что авторы инициативы ни в коем случае не хотят, чтобы это было расценено как противостояние русских и татар или других народов, потому что все-таки это наше общее государство, в котором были Золотая Орда, постзолотоордынский мир, дальше — русский мир. Это все-таки практически те же народы, которые входят в состав современной России, и это не только татары и русские. И опять же, обратите внимание, с исторической точки зрения нельзя сказать, что вот здесь были русские, а там — касимовские татары и русские. Более того, когда в «Фейсбуке» начали обсуждать эту инициативу, некоторые краеведы и историки написали, что предки самого губернатора Калужской области вообще-то из литовских земель и входили в татарскую коалицию. Вот Искандер Аязович рассказал, какое понимание истории у тех, кто только вчера закончил школу. А принятие такой памятной даты для всей Российской Федерации станет противопоставлением разных народов друг другу. Хотя, может быть, оно будет не таким жестким. Еще хотел бы обратить внимание, что сейчас в составе России Крым, крымские татары. А у них свое понимание истории, идет ее осмысливание, их успокаивают. И вдруг сейчас будем праздновать — мы татар победили!

Модератор: Ну они будут гордиться, они в союзе были с Иваном III, возможно, для них этот подарок и делается.

Миргалеев: Это для историков, а вот для простых обывателей… Поэтому все равно ситуация с этой памятной датой уже политизировалась. И каждому обывателю мы же не сможем все профессионально объяснить. Что вот, были крымские татары. Что сам губернатор Калужской области, который выступил с этой инициативой, его предки были на стороне татар. Что казанские татары в стоянии на Угре вообще, может быть, не участвовали, а касимовские, наоборот, были на стороне русских. Мы, конечно, постараемся все это объяснить — и посмотрим после публикации, сколько там комментариев и какие. Здесь уже говорили: признать 11 ноября 1480 своеобразным «Днем независимости» Руси — это не созидательно. Конечно же, мы понимаем, что Калужская область, как каждый регион, ищет какие-то точки роста, хочет показать себя. Поэтому вполне реально сделать 11 ноября региональной памятной датой и региональным праздником. Может быть, действительно, и музей создать. Я бы, например, предложил Калужской области — давайте уйдем от политизации и проведем настоящий научный семинар или круглый стол, обсудим и места сражения, и конкретно, что там происходило, и проблемы музеефикации.

Модератор: Может, лучше научную конференцию провести, посвященную Калужской области и этой теме?

Миргалеев: Здесь мы уже упоминали 1000-летие Казани, Болгар. Все это не просто так было. Проводились научные конференции, книги писались. Мы могли бы предложить на международном уровне провести конференцию. Я не говорю, что только специалисты должны участвовать, специалистов не так много. Может быть, современные политологи могли бы этот вопрос тоже обсудить более широко.

Модератор: Какие последствия вероятны в случае принятия решения об общефедеральном памятном дне?

Гилязов: Во-первых, я хочу отметить, что мне было очень интересно послушать всех выступающих, очень много интересных размышлений, мыслей, основ для дальнейших каких-то умозаключений. Я не оракул и не пророк и не могу ничего предрекать, сказать, что будет. Но в любом случае я считаю, что это определенный урок. Это опять показатель того, что история — это абсолютно беспомощная дисциплина, к сожалению. Очень часто получается, что мы можем поступать с прошлым так, как хотим сегодня. Ведь, смотрите, мы все время говорим: ладно, здесь специалисты собрались, здесь те, кто занимается историей Золотой Орды, постордынских государств. Они все понимают прекрасно — и что это за дата, и что был такой факт и так далее. Но когда мы, допустим, примем эту дату как общефедеральную памятную, как это будет восприниматься в обществе в целом? Как будут воспринимать это люди, которые вообще не понимают, что такое история? Для которых история — это миф. Они будут это воспринимать реально, как факт превосходства русских над другими нациями. И все, больше ничего. Это же как раз сказывается отсутствие нюансов, отсутствие понимания истории, отсутствие исторической базы. К сожалению, это имеет очень неприятные последствия, и для русских в том числе, кстати говоря. Я, конечно же, хотел бы так сказать: у меня есть мечта, чтобы мы, вообще все россияне, жители Российской Федерации, граждане РФ, так относились к своему прошлому, чтобы могли видеть все — и хорошее, и плохое, и героическое, и позорное. И к этому относиться спокойно, без лишних эмоций, без оскорблений друг друга. И только тогда мы можем говорить о том, что у нас зрелое общество. Только тогда, когда мы будем понимать, что история многообразна, что в истории может быть всякое, и что в истории нельзя что-то специально выпячивать или что-то специально забывать. Вот мне хотелось бы, чтобы наше общество рано или поздно стало таким зрелым, и тогда мы будем сами себя уважать.

Модератор: Спасибо. Хотя, наверное, должны все-таки быть какие-то героические. Мы гордимся Победой 1945 года, мы гордимся Победой 1812 года…

Гилязов: Это наша история, это то, чем мы живем, это то, что нас объединяет. Так это гораздо более правильно, чем какие-то политические аспекты, которые всегда разделяют людей. Потому что политика — это поле битвы, а история — это то, что нас объединяет. Потому что мы здесь жили и здесь живем.

Модератор: Просто хотелось бы, честно говоря, непротиворечивую, нормальную, не немецкую историографическую школу, нормальную историю России наконец-то получить, адекватную. Надеюсь, рано или поздно получим, и только тогда у нас будет нормальное государство. Иначе все время так и будем выискивать какие-то даты.

«ЭТО ВЫБОР НАШИХ ПРЕДКОВ, КОТОРЫЕ ТАК ЖЕ, КАК ДРУГИЕ НАРОДЫ, ЗАЩИЩАЛИ СВОЮ СТРАНУ»

Фомина: Мы все здесь прекрасно понимаем, что дата — 1480 год — даже в рамках периодизации русско-ордынских отношений не является значимой вехой. Второй момент — эта дата обрела свою значимость только в рамках современной общественно-политической мысли, а не исторической науки в ее истинном понимании. Если мы говорим о тех датах воинской славы, которые у нас отмечаются на сегодняшний день, то они восприняты обществом и очень глубоко переживаются, память о них жива. Мы помним дедов и прадедов, которые воевали во Второй мировой войне, в Первой мировой войне. В конце концов, можем найти в архивах сведения о своих родственниках, которые, возможно, принимали участие в войне 1812 года. Но что касается 1480 года, то сколько бы мы ни искали, вряд ли сможем найти кого-то из своих предков через много поколений. И поэтому, с точки зрения исторической памяти, эта дата утрачивает свою значимость, потому что мы не знаем, на чьей стороне воевали наши предки и воевали ли вообще. С точки зрения бытового исторического сознания, генетической памяти общества оно теряет свою актуальность и ощущение сопричастности и становится лишь предметом профессионального интереса историков.

Хотела бы отметить еще один важный момент. В курсе отечественной истории русско-ордынские связи прослеживаются до конца XV века, после этого в тематическом планировании отношения с Казанским ханством, с крымскими татарами рассматриваются лишь в контексте внешней политики государства. А между тем это достаточно глубокий процесс. Мы знаем, что наши предки жили на этой территории, было огромное количество межнациональных браков, были военные столкновения, политические союзы, взаимодействие культур. Это сложный процесс нашей общей истории. Это не повод для стыда или гордыни. Это выбор наших предков, которые так же, как другие народы, защищали свою страну, отстаивали свои политические интересы, одерживали победы и проигрывали сражения, предавали, ошибались. И если так сложилось исторически, что мы находимся на одной территории, то это наше общее богатство, а не причина, чтобы как-то противопоставлять друг другу. Нужно с глубоким уважением относится к истории каждого народа.

Модератор: Если дату все-таки примут, какие-то последствия будут, как вы считаете?

Фомина: В этом случае подлинная история русско-ордынских отношений и событий 1480 года останется предметом интереса узкого круга профессиональных историков, а политика, к сожалению, победит.

Модератор: Как всегда, в России.

Фомина: История — это то, что изменить невозможно. Это то богатство и те уроки, которые мы, профессиональные историки, должны передать обществу.

Модератор: В конце концов, может быть, назначить Путину советника по истории? У Шаймиева же был свой советник по истории, Рафаэль Хакимов… Спасибо, Татьяна Юрьевна! Вы опытный боец политический, не только историк.

«В МНОГОНАЦИОНАЛЬНОЙ СТРАНЕ ДЕЛАТЬ УЧЕБНЫЙ КУРС ПО ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИСТОРИИ В ОДНОМЕРНОМ ПЛАНЕ — БОЛЬШАЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА»

Модератор: Дамир Мавлявеевич, какие последствия могут быть, если будет принята новая памятная дата?

Исхаков: Тут важно подчеркнуть одну деталь, которую почему-то мы упускаем из виду. Коллега объяснила, что фактически дата, которую как праздник пытаются ввести, уже попала в образовательные стандарты. То есть политический подход навязывает историкам эту дату как ключевой момент российской истории. Это вообще-то означает, что та история, которую будут учить наши дети как отечественную, будет на самом деле национальная русская история, а не отечественная и не других народов. Вот этот момент проталкивается упорно, и я думаю, что это очень большая политическая ошибка. В многонациональной стране делать учебный курс по отечественной истории только в одномерном плане — это большая ошибка. Потому что народы никуда не исчезли, они существуют, у них есть собственное представление об истории. У них есть свои ученые. И тот подход — это прямой путь к конфронтации. Сначала на научной базе, а потом на идеологической, а потом и в политическом плане. Поэтому люди, которые монархическо-православные подходы, сложившиеся очень давно в русской исторической науке, пытаются протянуть до современности, работают во вред России. Я думаю, что Россия может существовать только как федеративное государство, многонациональное, многокультурное, где учитывается история всех народов, — только так. А если идти против этого течения, то такое общество будет неустойчивым, ему будет грозить распад при любых возможных осложнениях. Думаю, что люди, которые сейчас пытаются эту линию провести, очень недалекие и о современных реалиях вообще не задумываются.

Модератор: А что бы вы предложили Думе сделать в контексте обсуждения на нашем круглом столе?

Исхаков: Отказаться от рассмотрения этой проблемы как научно необоснованной, вообще выкинуть из повестки дня. Это не есть историческая дата, и она научно не обоснованная. Это просто фейковое событие, из которого сделали что-то. В нем нет содержания.

Сейдаметов: Недавно, как известно, должны были сдать учебник по истории Крыма для 10-го класса, где в параграфе о коллаборационизме был сделан акцент на том, что якобы крымские татары были более активно вовлечены в коллаборационистскую деятельность по сравнению с другими этническими группами Крыма. Причем практически ничего не было сказано о тех, кто воевал в рядах РККА и получил боевые награды. Очень болезненная тема, как мы знаем. Благо реакция общественности, ученых и мудрость политиков позволили изъять эту статью.

Модератор: Изъяли все-таки?

Сейдаметов: Насколько мне известно, изъяли. Вот и данном случае, с новой памятной датой, должна быть подобная реакция, политики должны проявить мудрость. Чем грозит? Принятие этой даты на общефедеральном уровне может привести к глубокому расколу не только между русскими и татарами, но и между крымскими татарами и казанскими татарами…

Галимов: Какие будут последствия новой памятной даты? Прежде всего, никто нюансы учитывать не будет. В обществе точно никто ничего учитывать не будет. Если мы хотим обучить — поздно. Если мы хотим дать новым поколениям понимание о том, что история была вот такой… Если прошлые поколения этому не обучились, то и эти тоже останутся такими маленькими бездарями, которые историю не читают и не знают. Это скучно для них, когда есть телевизор, компьютер, интернет. А давай в интернете посмотрим! Замечательно. Есть всякие порталы русские националистические, которые совершенно ничего не чураются. Их совершенно не интересует объективность. Если они получат этот праздник, для них это будет действительно праздником. И конечно, это создаст прецедент. Поэтому, скорее всего, этот законопроект нужно вообще рассматривать с точки зрения юридической составляющей. И обязательно, как мне кажется, нужно посмотреть, не нарушает ли он закон в принципе. Скорее всего, нарушает. Тем более что мы очень постарались посмотреть на эту проблему с разных сторон.

«НАДО ПРЕДЛОЖИТЬ ОТМЕЧАТЬ ЭТУ ДАТУ НА РЕГИОНАЛЬНОМ УРОВНЕ»

Модератор: Спасибо. Вадим Винцерович, ваш прогноз — какие последствия возможны?

Трепавлов: Я немного в другом ракурсе рассмотрю вопрос. Насчет последствий, мне кажется, все понятно. В первой части круглого стола мы говорим примерно об одном и том же, убеждали друг друга в том, в чем не надо нас убеждать. И сейчас то же самое продолжается. Все документы на историческую тематику из администрации президента, Думы, министерств идут на экспертизу в Институт российской истории РАН. Но вот документ насчет Угры я не видел. В первоначальной редакции этот юбилей Стояния на Угре шел как День воинской славы. И поэтому он прошел у нас, видимо, через центр военной истории или через центр феодализма. Я посмотрел материалы в интернете — там сплошь положительные экспертизы.

Исхаков: А где тут День воинской славы, вот я не понимаю. Где она, воинская слава?

Трепавлов: Ну не в этом дело, Дамир. Не об этом речь. Сейчас это совершенно неважно. Вот у нас в проекте резолюции сказано: «Отечественные и зарубежные ведущие специалисты по данной проблематике, следуя за синхронными источниками, также склонны полагать, что стояние на Угре не следует признавать как конец ордынского господства на Руси». Так в ответ на это нам предъявят несколько положительных экспертиз. Я думаю, самое лучшее — не опровергать значимость стояния на Угре и, как тут говорили, вообще предложить Думе забыть этот вопрос. Нет, надо предложить отмечать эту дату на региональном уровне. Не из-за надуманности или исторической ничтожности события, а из-за вредоносности национального противостояния в Российской Федерации. Вот под этим соусом подать. Я посмотрел в интернете, в каком состоянии сейчас находится этот вопрос. Профильный комитет обсудил, одобрил и готов вынести на осеннюю сессию Государственной Думы. Но, мне кажется, еще рано опускать руки. И нужно предъявить не обращение к общественности, которое у нас тут составлено. Ведь Дума будет обсуждать дополнение к федеральному закону 1995 года о памятных датах. И тут очень хороший повод устроить парламентские слушания по этому поводу — пригласив экспертов. Причем по закону о Госдуме парламентское слушание проводится только в период работы Думы. Сейчас она на каникулах, а вот осенью это можно будет устроить. Но лучше, если инициатива провести слушания будет исходить не от группы заинтересованных историков, а от руководства субъекта Федерации. Вот как это сделать солидно, чтобы действительно поставили в повестку работы Думы, как это технически сделать, я не знаю. А наше обращение, как тут сказано, «к научной общественности», можно уже потом обсудить вместе со слушаниями. Если они все-таки закончатся вынесением этого вопроса на голосование, то Дума наверняка проголосует за эту дату.

Недашковский: Я тоже обратил внимание на этот проект обращения, обращенный к научной общественности Российской Федерации. Если пойдет речь о его подписании или вынесении куда-то в профильные административные либо научные организации, то, на мой взгляд, его следует подкорректировать. Если сочтут авторы это обращение возможным, тут есть фраза, что представленные в научном обороте исторические источники доказывают, что стояние на Угре не завершилось освобождением Московского государства от власти татарских ханов. Ну и идет ссылка на завещание Ивана III, которое «содержит пункт о необходимости продолжения сбора и выплаты ордынских выходов в татарские ханства». Что мне хотелось бы сказать? Что с этим не согласятся многие российские ученые-историки, которые это прочтут. Потому что некоторые из них имеют мнение, что освобождение Руси от зависимости от Большой Орды произошло до 1480 года, а не после. То есть у них другое мнение. Это вызовет научные споры, дискуссии, которые, в общем-то, совершенно далеки от того, что мы с вами сегодня обсуждаем. Поэтому я бы советовал это убрать, поскольку в науке есть разные мнения на сей счет. Надо не нарываться на какую-то критику, а предложить свои конкретные идеи, что эта дата, 1480 год, действительно жестко не привязана к освобождению Руси от зависимости от Большой Орды. Показать, что это является предметом научных дискуссий, а не какой-то данностью.

Модератор: Спасибо большое.

Айсин: Думаю, что политические последствия могут быть очень серьезные. Я напомню, что Людовик XVI 14 июля 1789 года в своем дневнике написал: «Ничего необычного не произошло». Мы тоже можем сказать¸ что ничего необычного не произойдет. Но мы не знаем, как это запустит цепочку политических, идеологических событий. Потому что мы находимся в очень турбулентной ситуации. Она связана сейчас с истощением политической системы или, как говорили древние греки, с маразмом. На древнегреческом это означает «истощение». Система истощилась, и теперь это как бы ошметками разносится по округе. Я напомню, что это началось с 2017 года, с татарского языка, потом с попытки запрета или ликвидации республик. Сейчас происходит наступление на историю, как главный идеологический ресурс власти, потому что наша система власти идеологизирована по одной простой причине — у нас нет общества. Там, где нет сильного гражданского общества, там обязательно присутствует доминация идеологического момента. Второе — это попытка пересмотра неких событий, например Рамзаном Кадыровым. Так, он поставил оценку имаму Шамилю определенным образом, что вызвало волнение в Дагестане. А Рамзан Кадыров очень нервно выступил, сказал, дескать, давайте приезжайте сюда и здесь митингуйте, я вам покажу, кто здесь главный.

МодераторНа самом деле серьезный симптом.

Айсин: Я и говорю, очень серьезный симптом. То есть одно дело заявить, что имам Шамиль был вот таким либо татары платили или не платили оброк или дань. Но это может вызвать цепную реакцию в условиях разворачивания дезинтеграционных процессов в Российской Федерации. Это может стать плохим стартовым механизмом. Поэтому для острастки, возможно, надо подготовить какой-то документ с общим политологическим анализом, где надо бы объяснить, что на самом деле попытка пересмотра или выпячивания одного из таких исторических моментов может спровоцировать очень серьезные процессы, в том числе в Крыму, на Кавказе, в Поволжье. Мы помним простой момент, связанный с изъятием татарского языка, он всколыхнул национальную общественность вообще в России. И в какой-то степени возродил чувство национального достоинства у людей. Думаю, что те, кто замысливает новую памятную дату, — не задумывают ли они некий подрыв и подготовку какой-то смены политической формации, скажем так, по-марксистски? Я бы сделал упор именно на это, не на Государственную Думу. Однако же Государственная Дума, конечно, институт, но самый главный институт в Российской Федерации — это сами граждане. И если эти граждане выразят свое несогласие, если мы подключим сюда и башкир, и якутов, а у нас есть такая возможность, и они выскажут свою позицию, то общим фронтом мы сможем как бы выстоять — не на реке Угре, а на Москве-реке или в Лете забвения. Потому что мы стоим на берегу Леты забвения.

«А ДЛЯ ДРУГИХ ПАТРИОТИЗМ — ЭТО ЗНАЧИТ ВЗЯТЬ ПОД КОЗЫРЕК ПЕРЕД ВЛАСТЬЮ И ГОСУДАРСТВОМ»

Исхаков: Я хотел бы одну реплику высказать о том, что сейчас происходит. Кто был в Тобольске, знает, что там строится памятник Искеру и там есть Искерская Астана — мусульманская святыня захороненная. Рядом с православным кладбищем. В последнюю мою поездку выяснилось, что специально перед мусульманскими захоронениями перезахоронили православного человека, сделали большую ограду, и крест поставили. И татары сказали: «Уже наших мертвых окружают». Вот это общий идеологический тренд, очень глупый, совершенно имперский, не соответствующий новым веяниям. И таким путем далеко уйти нельзя. Когда вот так, в лагеря, запирают народ, это очень опасно.

Модератор: Не знаю, есть ли общий имперский тренд. Возможно, все банально и просто — калужский губернатор, вслед за 1000-летием Казани, 1000-летием Ярославля, решил получить федеральные деньги на памятную дату. Так как он губернатор, он живет интересами своего региона. А тут он попал на другое поле, на  минное поле — даже страну может подорвать, не дай бог. А он потом скажет: «Я же не этого хотел…» Пожалуйста, Искандер Лерунович.

Измайлов: Мне кажется, что дело не в губернаторе. Это общеполитическая ситуация с того момента, когда еще в 2000 году Путин опубликовал свое программное заявление. Не знаю, кто уж ему писал это, но там уже было подчеркнута как основная цель идеологии нового государства Российского — это патриотизм, как они его понимают.

Модератор: Хорошая идеология — патриотизм.

Измайлов: Хорошо, никаких вопросов нет к патриотизму. Просто получается два понимания патриотизма. Одни патриотизм понимают как что-то такое местное, связанное со своим народом, его культурой. А для других патриотизм — это значит взять под козырек перед властью и государством. Это два разных патриотизма, и они имеют разную природу. И с этого момента совершенно четко определенный тренд — возрождение не просто империи, а унифицированного государства как имперского пространства власти. То, что не удалось ни в Российской империи, ни в Советском Союзе, сейчас пытаются возродить и навязать всем нам. Все сложное, не унифицированное, рассматривается его идеологами как мешающее, как негативное, чреватое развалом государства. В их понимании, для того чтобы внедрить свой патриотизм, преодолеть чужую идентичность, ее необходимо всячески изничтожить. Но ведь даже при советской власти, хотя были единые учебники, все равно были и какие-то областные учебники. А здесь предполагается вообще изъять из школы региональный аспект образования. Еще немного, и скоро мы будем изучать историю только по одной книге, которая будет утверждена где-то свыше. И это не какой-то футуристический прогноз, а вполне внедряемое в нынешнее сознание явление. Понятное дело, что этому надо противостоять. Считаю, что Вадим Винцерович совершенно прав — обращение нужно совершенно по-другому написать. Пока оно смотрится как продолжение какого-то научного спора. Эта бумага составлена совершенно неправильно. Здесь нужно апеллировать прежде всего к нашим местным республиканским властям, а не к Госдуме России.

Модератор: К депутатам Госдумы от Татарстана, к Госсовету Татарстана, ко всемирному конгрессу татар…

Измайлов: Надо внедрять свой патриотизм. Думаю, республиканские власти это поддержат. В свое время из учебников изъяли понятие ига, то есть этой мифологемы не стало. Уже хорошо. Можно, значит, все-таки чего-то добиваться. Здесь точно так же, Но даже если этот праздник станет Днем воинской славы… Вообще, этих дней воинской славы на самом деле очень много. Синопское сражение… Кто помнит, что, где оно было, чем закончилось? Единственное, что возле какого-то Синопа. А по поводу идеологии — сам тренд возвеличивания вот этих самых воинских памятных дат кажется делом очень важным и даже патриотичным некоторым людям. Но, с другой стороны, они не понимают, что это очень обоюдоострое оружие. Например, на Украине днем воинской славы названо сражение при Конотопе, в Беларуси и Литве — под Оршей. Получается, что в России — одни праздники, а против них народы, которые вышли из состава Российской империи, Советского Союза, выдвигают свои. И растет пропасть между народами, которой еще совсем недавно не было. Тот, кто строит эту идеологию, просто не понимает, что он выковывает оружие обоюдоострое.

Модератор: Ящик Пандоры открывает…

Измайлов: Конечно. И в этом смысле мне очень нравится фраза, которую я постоянно говорю: если у нас не будет общего прошлого, то у нас не будет общего будущего. И это, мне кажется, очень важная формула, которую нужно помнить нашим политикам и идеологам.

Модератор: Хорошее завершение. Большое спасибо всем за участие в круглом столе. Думаю, что наши читатели получат исчерпывающий материал по этой теме, экспертный материал. Плюс политики прочитают стенограмму круглого стола, депутаты Госдумы, наша республиканская власть. В принципе, и в Москве читают нашу газету. Думаю, что дойдет наверняка и до губернатора Калужской области. Уверен, что все-таки этот человек точно не хочет развалить Россию, он патриот России и, может быть, тоже задумается, куда может это все привести. Что очень интересно, сегодня прозвучала и масса конструктивных предложений, мы в газете о них обязательно расскажем. Наша цель — сделать такие конструктивные публикации, чтобы люди прочитали, задумались и вообще перевели из минуса в плюс, раз уж дошло до Госдумы. Так что будем надеяться на лучшее, все-таки мы граждане России, поэтому «не бог, не царь и не герой» спасет ее, а мы, живущие здесь, должны быть активными. Спасибо за общение, за позицию, за принципиальность.

business-gazeta.ru

КОНТЕКСТ:
Подробнее на «БИЗНЕС

Просмотров: 1131

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>