Рафаэль Хакимов: «Тот, кто контролировал степь, контролировал и города»

1c213081dd9fe579«Великая Татария» казанского историка. Часть 2-я

 

Директор Института истории им. Ш. Марджани Рафаэль Хакимов написал книгу «Как возникла Великая Татария и чем она стала». В ней казанский ученый делится своей интерпретацией исторических событий в Евразии, заметное место в которых занимали татары и их предки. «Реальное время» продолжает публикацию отрывков из этого сочинения 

Становление Великой Татарии. Начало начал

До какого века мы можем углубиться в поисках основ Великой Татарии? О гуннах, построивших свою империю на просторах Евразии, мы узнаем из материалов китайского историка Сыма Цяна. Поскольку хунну/гунны были предками татар, то можно начинать историю Великой Татарии с 214 года до н. э. Более ранние годы относятся к легендарному времени, поскольку нет письменных источников.

Некоторые историки татар связывают со скифами. Андрей Лызлов в книге «Скифская история» (1692 год) татар относил к населению Скифии: «Но от пятисот лет и больши, егда скифове народ, изшедши от страны реченныя их языком Монгаль, ея же и жители назывались монгаилы или монгаили, поседоша некоторыя государства, измениша и имя свое, назвашася тартаре, от реки Тартар или от множества народов своих, еже и сами любезнее приемлют или слышат».

 

К народам Скифии Лызлов относил также и славян: «В соседстве и в прилеглости с ним всегда жили славяне, прародители наши — москва, россиане и прочие, их же древния историки для общих границ единако и обще скифами и сарматами называли». Из текста Лызлова неясно — татары происходят от скифов или же жили в Скифии. Причем Лызлов москвичей и россиян считал разными народами, хотя и славянами.

Скифов одни называют ираноязычными, другие тюрками, остальные не решаются что-либо утверждать. Археологи дают материал, плохо привязанный к этничности. Казалось бы, на этом дело ученого-историка заканчивается, но остаются вопросы. Ответы может дать ДНК-анализ. Сам по себе этот метод не связан с этничностью, языком и физической антропологией, но он вносит ясность в случае определения места и времени происхождения различных компонентов этноса. ДНК-генеалогия становится важным методом исторических исследований, по-новому ставящим вопрос о самом предмете историографии, не привязывая его только к письменным источникам.

Генетически однородных народов не существует, в каждом есть определенное сочетание гаплогрупп Y-хромосомы. В литературе встречаются термины «европейская», «азиатская», «финская», «монгольская» и другие гаплогруппы. Это весьма условные и научно некорректные определения. Ими можно пользоваться только с точки зрения оценки доли тех или иных гаплогрупп у разных народов.

Так, у татар в различной доле встречаются R1a, R1b, N1c, G2a, G1, J2b, I1 и др. Нет явно доминирующей гаплогруппы, что вполне объяснимо, поскольку народ формировался в период Золотой Орды, где перемешались многие племена. Кстати, у русских встречаются те же самые гаплогруппы в несколько иной пропорции. Возникает вопрос: в чем ценность такой методики?

 

ДНК-анализ может внести определенность в случае сомнений в исторической интерпретации, исключить ошибочные трактовки и увидеть те звенья в исторической цепи, которые не видны в силу отсутствия источников, а в совокупности с архивными материалами, генеалогией, этнологией, археологией позволяет продлить исторические исследования за пределы существования письменных источников. История скифов — именно тот случай, где нужно внести ясность с помощью ДНК-анализа.

Общность скифской культуры прослеживается от Сибири до Причерноморья. Ученые пришли к выводу, «что группы кочевников железного века из Южного Урала и Казахстана, по культурным особенностям сходные с классической культурой скифов Северного Причерноморья, располагаются недалеко друг от друга, то есть связаны между собой и генетическим сходством. Ближе всего к ним находятся популяции позднего бронзового века и железного века из России, позднего неолита и бронзового века из Центральной Европы, популяции энеолита из Самары, популяции ямной и срубной культур бронзового века».

На такой обширной территории могли жить разноязыкие племена под обобщающим названием «скифы». Геродот упоминает семь языков, на которых говорили в Скифии. Наверняка среди семи языков присутствовало и какое-то тюркское наречие. Такое предположение подтверждается выводами генетиков.

И.Л. Рожанский пишет: «Возникновение кыпчакской ветви тюркских языков может быть связано с тюркизацией одной из групп скифских по происхождению племен, как можно судить по преобладанию ветвей одного и того же субклада R1a-Z2125 среди всех без исключения народов этой группы».

Некоторые зарубежные генетики придерживаются такой же точки зрения. Весьма солидный журнал Nature опубликовал данные, по которым оказывается, что «современные популяции с наибольшей вероятностью непосредственно произошли от восточных скифских групп почти исключительно тюркского языка… Особо высокая статистическая поддержка была задокументирована для некоторых тюркоязычных групп, географически расположенных вблизи археологических памятников восточных скифов (например, теленгитов, трубчатых, тофаларов), но и среди тюркоговорящего населения Центральной Азии (например, киргизы, казахи и каракалпаки)… Эти же результаты были получены для некоторых тюркских групп, живущих западнее, например, для казанских татар». Итак, гипотеза лингвистов о существования тюркоязычных, наряду с ираноязычными, скифов подтверждается генетиками.

Границы Скифии А. Лызлов определяет от Дона на восток: «Границы же скифийския з запада от реки Дону [а Ботер, описатель всего света, полагает от Волги, еже и приличнее имать быти]. На восток солнца до пределов хийских, иже со Индиею. С полудня от моря Меотскаго, то есть Азовскаго, и Каспийскаго, то есть Хвалисскаго. На полнощь даже до океана скифийскаго Ледоватаго».

По разным историческим и археологическим данным получается, что прародина скифов находилась где-то в пределах обширной территории: между Тувой, Северной Монголией, Алтаем, Средней Азией и Казахстаном. Там они жили в окружении родственных им по культуре и языку племен: саков, массагетов, «пазырыкцев» (жителей Алтая). На этой территории возникает симбиоз культур, названный впоследствии Великой Татарией.

Скифы заложили основы номадизма, развитые впоследствии другими кочевыми народами. Савицкий писал Гумилеву: «История Евразии течет широким потоком… Скифы, сарматы, аланы, гунны, тюрки — ту-гю, авары, хазары, печенеги, половцы, монголы — все это единый поток». Этот поток создал кочевую цивилизацию, определившую характер всей Евразии. При этом нельзя забывать многообразие типов хозяйств степных империй.

 

Скифы, по свидетельству Геродота, занимались и земледелием, и скотоводством. Царских скифов он называет самыми храбрыми и многочисленными, «которые считают других скифов своими рабами».

Степные империи не были только кочевыми. Они объединяли различные хозяйственно-культурные типы, включали в себя примыкающие к степной зоне горы, леса и равнины.

«Территория Восточного Туркестана никогда не была однородной в хозяйственно-культурном отношении, — писал С.Г. Кляшторный. — Здесь соседствовали оседлоземледельческое хозяйство оазисного типа и экстенсивное кочевое скотоводческое хозяйство. Оба типа экономики не только не были изолированы друг от друга, но достигли известных форм симбиоза, получившего также отражение в культуре и политической жизни».

Уже в начале I тыс. до н. э. племена Центральной Азии, Восточного Туркестана, нынешней китайской провинции Ганьсу «освоили металлургию бронзы и железа, металлообработку, колесные повозки и всадничество. Жилищем им служила полусферическая войлочная кибитка с коническим верхом, которую при перекочевке укрепляли на большой повозке, влекомой быками».

 

Появление тюрков на исторической арене во многом связано с металлургией, производством высококачественного металла. Тюрки добывали железо, медь, золото, выплавляли и изготавливали орудия труда, вооружение, украшения. Для содержания многочисленных армий степным империям нужно было много металла.

На территории Великой Степи государства создавались одно за другим, то охватывая всю степную зону, то распадаясь на части, которые также отличались масштабностью. В это время Европа представляла собой отдельные княжества, находившиеся в орбите Римской империи. Если степь и ее непременный атрибут конь играли роль средства коммуникации для перемещения в основном с Востока на Запад, то реки связывали пространство с Севера на Юг. Эта связка степи и речных пространств определяла саму возможность создания великих империй.

«Всякий народ, — писал Н.С. Трубецкой, — овладевший той или иной речной системой, оказывался господином только одной определенной части Евразии; народ же, овладевший системой степи оказывался господином всей Евразии, т. к., господствуя над протекающими через степь отрезками всех речных систем, он тем самым подчинял себе и каждую из этих речных систем в ее целом». В те времена тот, кто контролировал степь, контролировал и города. Симбиоз степи и рек создавал также симбиоз народов, прежде всего тюрок, славян и угро-финнов.

Продолжение следует

 

realnoevremya.ru

Просмотров: 696

Один комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>