Главный архитектор Казанского Кремля: «Башня Сююмбике может упасть через 100 лет, если…»

3950260b6fea3240a2962637d91ffee7Башня Сююмбике каждый день получает повреждения из-за поведения туристов. Тревожный сигнал об этом редакция ИА «Татар-информ» получила от читателей. Корреспондент Зиля Мубаракшина встретилась с главным архитектором Музея-заповедника «Казанский Кремль» Рустэмом Забировым и узнала, грозит ли зданию опасность обрушения.

 

Башня не имеет отношения к царице Сююмбике

– До сих пор у людей нет точного понимания, когда же была построена эта башня. Вы можете внести ясность в этот вопрос?

– До появления мечети «Кул Шариф» башня Сююмбике долгое время оставалась главным символом республики. Есть предположение, что здание было построено в начале XVIII века как дозорная башня. Точные даты строительства никто сказать не может, историки до сих пор не смогли это выяснить.

В самых ранних изображениях Казани – например, гравюре саксонского путешественника Адама Олеария, посетившего город в 1638 году, похожей башни мы не видим. Нет этого здания также и на «Чертеже Казанском» XVII века, ни на видах города из монографии «Северная и Восточная Татария» 1692 года голландского политика и картографа Николааса Витсена.

Архитектура здания очень необычная. В его возведении могли участвовать и итальянские строители, потому что аналогом здания считается Боровицкая башня Московского кремля, а она спроектирована итальянцами (примерно 1680 год).

В плане Казани это строение впервые появляется лишь в 1717-1718 годах, то есть в годы правления Петра I. На основе анализа картографических и письменных источников архитектор Сергей Саначин как возможные даты строительства башни рассматривает 1694-1718 годы.

– Получается, царица Сююмбике не прыгала с башни?

– Нет, это просто такая легенда. В литературе впервые название «Башня Сююмбике» упоминается в 1832 году в четвертом номере казанского журнала «Заволжский Муравей». Со временем оно входит во всеобщий обиход. На татарском языке название «Сөембикә манарасы» упоминалось, скорее, не ранее XIX века. Поначалу на татарском языке башня называлась «Хан мәчете» («Ханская мечеть»).

Башня расположена практически на самой высокой точке Кремля. Благовещенский собор чуть выше.

На этой местности человек жил еще с каменного века. Для жителей Кремля также важен был дозор, наблюдение.

Казань – стратегически важная местность. С холма, где расположен Кремль, было удобно следить за приплывающими по реке врагами. Обычно они плыли по реке (так называемые ушкуйники), нападали на город, грабили и обратно уплывали. С верхнего яруса башни открывался вид на 40 километров. С этой точки зрения более подходящим будет назвать ее «дозорной башней».

– Существует также версия, что Сююмбике сама заказала строительство башни. Значит, этого тоже не было?

– Да. До взятия Казани Иваном Грозным в Кремле было пять мечетей. Было также трехэтажное здание медресе при мечети «Кул Шариф». И неудивительно, что татары хотели видеть в Кремле здания, связанные с татарской культурой. Поэтому появилась легенда, что эта башня – единственное сохранившееся с времен Казанского ханства здание. Позже, с появлением в начале XX века мусульманско-татарского национального движения, в феврале 1918 года по инициативе Центрального мусульманского комиссариата были подписаны декреты Совнаркома о возвращении мусульманам памятников национальной истории и культуры – башни Сююмбике и караван-сарая в Оренбурге.

Газета «Правда» 14 марта 1918 года сообщает о торжественной передаче башни казанскому мусульманскому населению. В то же время на шпиле башни российский герб был заменен на полумесяц (считается, что двуглавого орла установили в 1730 году). В 1930-х годах в связи с государственной политикой полумесяц был снят с башни. А в годы перестройки по просьбе татарской общественности полумесяц был установлен вновь.

Легенда настолько широко распространилась в народе, что вплоть до середины XX века в путеводителях Казани башню называли зданием времен Казанского ханства. По одной из легенд, башня была построена царицей Сююмбике в память о муже Сафа-Гирее, умершем в 1549 году. Другая легенда гласит, что башня построена по приказу Ивана Грозного, после взятия Казани в 1552 году, в течение семи дней (башня имеет семь ярусов) и якобы Сююмбике прыгнула вниз с седьмого яруса.

По другой версии, Иван Грозный строит башню в качестве свадебного подарка Сююмбике. Такие легенды очень далеки от истины.

Нам приходится опровергать эти легенды, потому что есть факты, которые подтверждают, что это не соответствует действительности.

– К сожалению, исторические документы Казанского ханства не сохранились. А что вы скажете об архитектуре здания? Ее можно отнести к архитектуре Казанского ханства?

– Нет, в этом вопросе мы поставили точку во время раскопок вокруг башни. Слои 1552 года в Кремле очень хорошо читаются на разрезах. Практически на всей территории Кремля это слой пожарища.

Во-вторых, фундамент башни пересекает фундамент Ханской мечети времен Казанского ханства. Ханская мечеть располагалась между башней Сююмбике и нынешней Дворцовой церковью. В результате раскопок археологи вскрыли кирпичный и каменный фундамент этой мечети. Башня Сююмбике «срезает» фундамент мечети.

В-третьих, башня располагается в совсем другой, православной планировочной сетке. Там также есть Благовещенский собор, Дворцовая церковь. Они имеют восточную ориентацию. Мавзолей казанских ханов, Ханская мечеть находятся в другой планировочной сетке – они обращены в сторону Каабы.

– Чем скреплялись кирпичи в строительстве здания?

– Поскольку цемента тогда еще не было, они использовали известковый раствор. Мы это выяснили в ходе раскопок при укреплении фундамента. Я не считаю этот фундамент глубоким для башни высотой в 58 метров. Основу 1,5-2,5-метрового бутового фундамента составляют каменные плиты и настил из кусков камня (это могут быть плотный известняк, песчаник, доломит. – Авт.).

Поскольку площадь нижних двух ярусов большая, строители использовали камень экономно. По технологии того времени, в целях экономии камня, почву уплотняли, загоняя в грунт дубовые сваи – «коротыши».

Поскольку два пилона башни занимали большую площадь, состояние дубовых свай оказалось разным. Вода под почвой всегда в движении: она сезонно приходит и уходит. В участках грунта с линзами из глины почва постоянно насыщена грунтовыми водами. Поэтому некоторые сваи всегда были мокрые, а некоторые то промокали, то высыхали. Последнее очень вредно для древесины, это приводит к ее разрушению. А дубовые сваи, которые все время находятся в воде, со временем становятся твердыми и прочными, как камень. В результате где-то основание работает, а где-то в местах разрушения свай происходит разуплотнение грунта, его вымывания грунтовыми водами. Это и привело к наклонению здания.

– А по кирпичам можно получить какую-то информацию по дате строительства?

– Нет, это очень трудно. В данном случае легче определять по культурному слою.

– Какие материалы были использованы в строительстве башни?

– Снаружи здание сложено из нескольких слоев кирпича. Внутри заполнено камнем и залито известковым раствором.

«В 1985-1990 годах фундамент башни укрепили»

– Что может ожидать здание, если процесс наклонения не удастся остановить?

– Первые наблюдения о наклоне башни были зафиксированы в 1910 году. Высчитали, что здание наклонилось на 39 см и хотели укрепить его металлической конструкцией. Позже были сделаны наблюдения в 1913, 1941 годах. С 1947 года раз в два года проводились наблюдения по изменениям в благоприятных и неблагоприятных условиях.

В 1985-1990 годах фундамент башни укрепили путем вбивания буроинъекционных железобетонных свай 20-метровой длины. Концы свай опираются на известняк (доломит). Но укрепительные работы не были проведены до конца, посчитали, что наклонение здания прекратилось, и Министерство культуры ТАССР остановило эти работы. Действительно, укрепление фундамента позволило в какой-то степени уменьшить динамику наклонения. Однако полностью остановить процесс не удалось.

В 1993-2020 годах башня наклонилась еще на 10 см, общее отклонение от вертикальной оси достигло 2,08 метра (в среднем по 3,7 мм в год). В 2001 году Казанский архитектурно-строительный университет провел научно-исследовательские работы. После изучения в 2013 году надземных строительных конструкций здания, была сделано техническое заключение. Его потом представили в виде двухтомника. По расчетам, наклон, угрожающий обрушением, составляет 2 метра 45 сантиметров и 3 миллиметра. К этому показателю здание придет через сто лет. Получается, осталось еще сто лет.

Поэтому работы по укреплению надо продолжать, это важно. Проект реставрации в 2015 году разработал «Татинвестгражданпроект». На реставрацию было выделено 5,9 млн рублей.

При предложении проекта к согласованию на заседании секции «Архитектурные памятники» в Министерстве культуры РФ были сделаны некоторые замечания. Их надо было решать, но, к сожалению, это до сих пор не сделано. Мы каждый год говорим об этом. ГУП «Татинвестгражданпроект» не послал повторно проектные документы.

Я надеюсь, что в этом году эта ситуация решится, дело сдвинется с места. Надо продолжить глубокое укрепление фундамента здания. Потому что нижняя часть башни, которая доступна для туристов, тоже в не особо хорошем состоянии.

«Туристы вредят зданию, это вандализм»

– Мы сейчас рассматривали наружные стены – действительно, много трещин, даже 10-копеечную монету в них нашли…

– Как в объекте «Стена плача» в Иерусалиме, люди выковыривают раствор между кирпичами, заталкивают в щели монеты, записки с пожеланиями. Это приводит к разрушению. Я бы это назвал вандализмом.

Я считаю, что башню надо оградить по всему ее периметру. Сейчас такая практика широко распространена. В музеях к картинам XVI-XVII веков людей близко не подпускают, устанавливают стеклянные ограждения.

Думаю, что просто прикосновения руками не могут навредить историческому зданию. Мне понятно желание людей – им хочется дотронуться до него, почувствовать себя в той эпохе. Одно дело, проехав тысячи километров, просто увидеть здание, а потрогать его – это уже совсем другие ощущения.

– Вы считаете, что башня Сююмбике может упасть?

– Если это, не дай бог, случится, обрушатся верхние два или три яруса. Конечно, здание полностью не обрушится, потому что нижние ярусы у него очень массивные.

Сейчас крен башни наблюдается в юго-восточном направлении.

– Сейчас внутренняя часть здания недоступна для посещения. Многим, наверное, интересно, как выглядит башня изнутри. Расскажете?

– Каждый ярус здания представляет собой отдельное помещение, с одного яруса в другой можно подняться по кирпичной лестнице. Последние четыре яруса здания соединены деревянными лестницами. Наклон здания ощущается на самом верхнем ярусе, у него и пол немного наклоненный. К слову, полы здания тоже из дерева.

«Еще будут открытия по Казанскому ханству»

– Ваши опасения касаются только фундамента и наружных стен?

– Из-за нарушения гидроизоляции осадки задерживаются в определенных участках, в итоге влага выходит через кирпичную кладку, этот приводит к разрушению кладки. По той же причине внутри здания необходимо заменить, укрепить некоторые деревянные конструкции перекрытий. Для реставрации необходим отдельный проект.

Для выравнивания фасадов здания с внешней стороны и улучшения наружного оформления некоторые места были замазаны, кирпичи искусственно нарисованы. В проекте должны быть сделаны предложения по выравниванию кладки.

Комитет охраны объектов культурного наследия в прошлом году сделал заказ на мониторинг с помощью лазерной техники. Какими будут результаты, тоже интересно. Они при помощи лазера ежемесячно делают замеры, наблюдают за динамикой наклона, и этот процесс должен продолжаться в течение года.

Кто построил здание, кто дал заказ на его строительство, чей это был проект – неизвестно, надо еще найти ответы на эти вопросы. Годы строительства здания пришлись на смутные времена, были народные восстания…

– Планируется ли в будущем проводить раскопки?

– Последний раз раскопки проводились перед 1000-летием Казани. На данный момент раскопки прекращены. По археологической методике на территории, считающейся ценной, нельзя проводить раскопки в течение короткого времени. Раскопки – последняя стадия разрушения. Только на 10 процентах такой территории можно проводить раскопки.

Остальное надо предоставить будущему поколению. Там уже и техника, наука будут еще более развитыми, им удастся сделать больше открытий и собрать больше информации. А открытия по Казанскому ханству впереди еще будут.

Не все архивные источники изучены. К сожалению, казанские архивы постоянно попадали в пожары, поэтому приходится собирать информацию из разных других источников (в Питере, Москве). Эти источники разбросаны по всей России. Надо будет по крупицам их собирать. Наверное, отдельно никто этим вопросом не занимается, эту работу лучше делать в команде.

– Намерены ли вы в будущем еще больше популяризировать башню Сююмбике?

– Она всегда была знаковым объектом Кремля, города и Республики Татарстан. Но надо сказать, что в последнее время башня уже постепенно перестала быть главным символом Казани, уступив этот титул мечети «Кул Шариф». Башню можно увидеть на фотографиях, открытках, в печатной продукции. Это уже достаточно давно узнаваемый и популярный объект. Недаром Казанский вокзал в Москве украшает образ этой легендарной башни.

tatar-inform.ru

Просмотров: 543

Один комментарий

  1. А в чем дело? Взяли закрыли на 100 лет! Это священное здание навека и если упадёт Сююмбика то встанет вопрос о существование самой Республики Татарстан, это моё личное мнение! Все деньги не заработать на туристах, и не надо быть временщиком на своей земле и республике!

    Или я не прав!???