«Решение об отстранении Арслана Садриева от руководства общиной — запоздалое, но тактически верное»

31a8a4ea058aede5Мусульманский блогер Айша-Галина Бабич о месте «еретиков» и борьбе Гайнутдина с драконами

Очередное кадровое изменение в российских муфтиятах вызвало неоднозначную реакцию как в мусульманском сообществе, так и среди людей, далеких от религии. На днях председатель Совета муфтиев России и ДУМ РФ Равиль Гайнутдин уволил Арслана Садриева с должности имам-мухтасиба ДУМ Московской области за некое интервью. В связи с этим мусульманский журналист и наш колумнист Айша-Галина Бабич в сегодняшней авторской колонке, написанной для «Реального времени», рассуждает о вертикалях в духовных управлениях и кризисе вероубеждения в исламском пространстве России.

На днях глава Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин единоличным решением «лишил духовного сана» и уволил с поста имама-мухтасиба ДУМ Московской области Арслана Садриева, который по совместительству также являлся имамом-хатыбом Соборной мечети в подмосковном Сергиевом Посаде. Поводом для подобного беспрецедентного решения стало интервью, данное Садриевым крупному электронному СМИ, где тот ставит под сомнение общепринятые понятия ислама и предлагает по-иному взглянуть на практику молитвы, поста и обязательной милостыни.

В Совете муфтиев эти мысли сочли «покушением на истинные ценности ислама и искажением их», «своевольным неграмотным толкованием фикха (мусульманского права)», «искажением учения религиозно-правовых школ-мазхабов». Формулировка, с которой имам снят с должности, звучит довольно жестко: «за попытку создания раскола между мусульманами, за распространение очевидной ереси».

Назначенцы от Гайнутдина

Буквально в считанные часы после выхода скандального интервью решение об отстранении имама было принято лично Равилем Гайнутдином. Оставим попытки вспомнить, по какому еще поводу в истории существования Совета муфтиев мы могли бы наблюдать от этой организации подобную оперативность, да еще и в выходной день. Неясно вот что: является ли все-таки должность имама выборной, как это и предполагается самой логикой устройства исламской общины, или наши имамы — назначенцы от организации сверху, в частности, от лица самого Гайнутдина? Ведь теперь ситуация выглядит бюрократически просто: кто назначил, тот и снял.

Разумеется, «иерархия имамов» с их назначениями, снятиями и подчинениями друг другу — модель исключительно административная, этакая упрощенная «калька» с модели любого крупного коммерческого предприятия с филиалами на местах, модель, удобная для взаимодействия с государством. Но тогда неизменно возникает вопрос, по каким же критериям люди назначаются имамами и как они попадают в систему Духовных управлений? Ведь туда не зайдешь через дверь, полный искренности и знаний, в надежде служить людям. Принимаются ли во внимание их духовный и нравственный облик, образованность в области исламских наук?

Иными словами, как возможно, чтобы человек с подобными взглядами — «очевидным образом противоречащими Корану и Сунне» — долгие годы гулял там вверх по карьерной лестнице, получая «духовные саны» и «приходы»? Ведь по свидетельствам тех, кто лично знаком с Арсланом Садриевым и часто соприкасался с ним по работе, экс-имам своих взглядов никогда не скрывал. А его ученики и вовсе недоумевали, все ли в порядке у учителя с акыдой (вероубеждение).

Или же получается, что иных имамов назначает в ДУМы некая внешняя могущественная сила, которой никак нельзя противостоять? Тут, конечно, не имеется в виду такой бич региональной власти, как клановость и коррупция, а предположительно речь идет о сознательных врагах уммы (община), которые проникают в Духовные управления мусульман с целью внести смуту в ряды простых верующих и тормозить работу всей системы.

Если такая проблема имеет место, то не означает ли это, что мы наблюдаем пример провальной кадровой политики и власть, дискредитирующую саму себя? Что исконная модель управления общиной, когда мусульмане сами выбирают своих имамов и наделяют их доверием и властью, а в случае, если те доверия не оправдали, общим голосованием переизбирают другого претендента, действительно более эффективна?

К слову, именно такая модель помогает мусульманам быть более вовлеченными во внутренние дела общины и непосредственно участвовать в решении общих проблем, а не делегировать эти полномочия назначенным сверху чужим людям, попутно критикуя их за бессилие и равнодушие.

Кризис вероубеждения

Если же Арслан Садриев, работая в системе Духовного управления, долгие годы находился в поиске ответов и исследовал различные вопросы фикха, то, судя по последнему его выступлению в прессе, уместно предположить, что он так и не встретил в стенах главных мусульманских заведений страны авторитетных и образованных людей, сумевших развеять его сомнения. Возможно, кризис вероубеждения, постигший имама-исследователя, стал результатом равнодушия коллег к его душевным метаниям, или же все их усилия в деле наставления мятежного служителя были тщетны.

А может быть, эти метания методично поддерживались кем-то со стороны. Например, среди таких единомышленников сегодня называют бывшего первого заместителя муфтия Татарстана Рустама Батрова и действующего имама-мухтасиба Санкт-Петербурга Дамира Мухетдинова. К слову сказать, выступления в СМИ Рустама Батрова вызывают у представителей исламского духовенства аналогичную реакцию: его обвиняют в ереси и в том, что он «морочит головы мусульманам».

Но почему-то идеи Батрова и Садриева звучат сегодня громче, чем, скажем, пятничные проповеди многих наших имамов. Не потому ли, что эти опальные деятели каким-то образом добились выхода на реальные общественные трибуны и научились связно, доступно и красноречиво выражать свои мысли? Разве не этим должны в действительности заниматься имамы и проповедники? Или, может быть, их идеи звучат громче, потому что звучат они в вакууме?

Вот читатели из числа либеральной общественности и так называемая прослойка образованной интеллигенции, не имеющая базовых твердых знаний об исламе, относятся к высказываниям Батрова и Садриева с интересом. Многим из них изрядно поднадоели одни и те же «прописные истины», которые без должной аргументации и доступного разъяснения вливаются в умы молодежи с минбаров.

Бабаи в мечетях, по просьбе приходящих сюда просителей читающие им дуа за деньги, «выездные» имамы, возглашающие аяты Корана над застольями, диковинные обряды, проводимые старцами в чалмах и халатах… Весь этот театрализованный фольклор и есть ислам в глазах обывателя, так что неудивительно, что простого верующего, который не силен в разного рода хадисоведениях (хадисы — изречения Пророка) и сирах (жизнеописание Пророк), буквально завораживает широта взглядов новоявленных реформаторов.

«Обновление» устаревших постулатов, пересмотр догм и «реставрация» мусульманских устоев в угоду современности — как раз то, чего ждет уставшая от «традиционалистов» и «фундаменталистов» аудитория. Она не различает, где — основа, а где — поле для интерпретаций, где — базовый принцип, а где — допустимы разногласия. И такое положение — прямое следствие того, что истинные ценности ислама сегодня звучат недостаточно четко и грамотно, форма их подачи не современна и не так привлекательна, а информационная «война» с сектантами, сеятелями раздора и безграмотными выскочками ведется далеко не в полную силу.

Многоголовая гидра

Безусловно, недопустимо, чтобы из уст религиозных деятелей, людей, которым доверяет мусульманская община, из уст тех, кто поставлен над мусульманами в намазе, звучали идеи и слова, в прямом смысле противоречащие исламскому вероучению, потому как подобные высказывания ведут к смуте в обществе. Ведь именно от смуты должны удерживать людей те, кто объединяет их в единую общину.

И безусловно, решение об отстранении такого человека от руководства общиной, хоть оно и было принято «сверху» в столь эмоциональной и пафосной манере, — это решение запоздалое, но тактически верное. И большинство мусульман, хорошо знакомых с основами ислама, с одобрением восприняли известие об увольнении Садриева, убежденно заявив о том, что «еретикам не место среди мусульман». По их мнению, увольнение — это меньшее из зол, которое должно постигнуть Садриева, поскольку в шариатском государстве за подобное свободомыслие в отношении основ исламской религии смельчаку «отрубают голову — и точка!».

Однако ясно и то, что в стране, где работают более ста муфтиев и тысячи имамов, каждый из которых попал в систему, выиграв в борьбе за «исламскую власть», по протекции земляков или вовсе случайно и каждый из которых неожиданно или, напротив, ожидаемо способен на какую угодно «очевидную ересь», нет смысла отрубать одну голову многоголовой гидре, если в ситуации системного бездействия на ее месте вполне способны появиться десять новых.

Айша Галина БАБИЧ.
Справка

Айша Галина Бабич — журналист, писатель, блогер.

  • Родилась и выросла в Москве.
  • Окончила факультет информатики РГГУ и Высшую школу журналистики Международного университета в Москве.
  • Работала редактором сайта Ислам.Ру, публиковалась в различных мусульманских изданиях (в газете «Ислам-info», журналах «Ислам», «Мусульманка», «Четки»), а также в газетах «Московский Комсомолец», «Независимая газета», сотрудничала с «Российской газетой».
  • Экс-продюсер телеканала Russia Today.
  • Возглавляла редакцию журнала Muslim Magazine.
  • Автор книг «Многоженство: советы и комментарии» и «40 рассказов про ислам».
  • Приняла ислам в 2002 году.
  • Замужем, воспитывает сына.

 

«Реальное время».


КОНТЕКСТ:

«Не могу поверить, что обвинение могло исходить лично от шейха Равиля Гайнутдина…»

* * *

За распространение ереси лишён сана имам-мухтасиб Московской области

* * *

Арслан Садриев: «За века бытования ислама намаз из средства превратился в цель»

Просмотров: 995

Комментирование запрещено