Рафаэль Хакимов: «Не надо с порога отвергать предложения об укрупнении Татарстана»

dwJR2-XtcVoПЛЮСЫ И МИНУСЫ ГИПОТЕТИЧЕСКОГО ОБЪЕДИНЕНИЯ ТАТАРСТАНА С УЛЬЯНОВСКОЙ И КИРОВСКОЙ ОБЛАСТЯМИ

Интересы Москвы далеко не совпадают с интересами регионов, и сомнительно, что она и дальше сможет сохранять за собой лидерские качества. Россия из сырьевой зависимости сможет выйти только через жесткую структурную перестройку и использованием потенциала регионов. Но для этого нужна политическая воля, считает вице-президент академии наук РТ Рафаэль Хакимов. В своем материале, подготовленном специально для газеты «БИЗНЕС Online», он напоминает, что Татарстан всегда был модельной республикой, на нас смотрели все эти годы и продолжают учиться сегодня. По его мнению, выбранный татарстанский путь может указать выход регионам, а значит, и всей России.

Россия по многим показателям (ВВП, инвестиционная привлекательность, производительность) катится вниз, поэтому центр начнет перекладывать проблемы страны на плечи регионов. Виной тому — опора на сырьевые отрасли и спекулятивный рынок. Все наперебой повторяют одну и ту же мысль об опасности сырьевой зависимости страны, но вся политика федеральных властей направлена на ее закрепление. Нет политической воли для изменения ситуации. Вместо четких ориентиров на федерализм, политический плюрализм и демократизацию прессы, без чего невозможно справиться с коррупцией, поднимают на щит убогих монархов, реакционера Столыпина с мифологизированными псевдореформами, да еще идет по всем телеканалам пропаганда образа Сталина. Забыты все великие идейные традиции, забыты Толстой и Достоевский, задолго до революции 1917 года увидевшие причины развала страны именно в прогнившем царском режиме, Распутине, правившем страной из опочивальни царицы, мракобесии хлыстовства. Николай II за день до революции не знал, что же происходит в стране, которую он загнал в экономическую и политическую трясину. А сегодня надо восторгаться 400-летием дома Романовых? Зачем?

Некоторые комментаторы обвиняют меня в сгущении красот, в том, что я чуть ли не призываю к революции, неверно расставляю акценты, пугаю радикализацией ислама, критикую Москву. Я не противник России или конкретно Путина, не занимаюсь организацией «цветных революций», я о них предупреждаю как об опасных поворотах судьбы, предупреждаю об опасности следования мазхабам, чем вооружились клерикалы. Если мои прогнозы окажутся неверными, буду просто счастлив. В политике важна не бравада, имитирующая единство с российской властью и тем более низкопоклонство, а упреждение социальной напряженности. Важно быть хотя бы на шаг впереди грозящих событий, а не плестись в их хвосте и повторять заученные штампы идеологов-недоучек. Если Татарстан будет видеть не только положительное в российской политике, но и отвечать на вызовы, решать проблемы до того, как они станут кризисными, от этого все только выиграют.

Наша республика всегда показывала свой характер. Она отказалась от «шоковой терапии» и выиграла от этого. В Татарстане была реализована программа ликвидации ветхого жилья, которая запустила «мотор» остывшей экономики в годы депрессии. С нами за это даже судились. Мы отстаивали суверенитет, и теперь модель Татарстана берут за образец, хотя Конституционный суд запретил слово «суверенитет» республики. Мы занимались внешней деятельностью как субъект международного права, за что нас обвиняли в сепаратизме, а теперь эти принципы закреплены в федеральном законодательстве. В те годы мы выбивались из общего хора голосов, с восторгом кричавших о либеральном рынке, приватизации, как магистральном пути к цивилизации, необходимости разрушения оборонной промышленности, как способе стимулирования экономики, и прочей чепухе. Наша политика себя оправдала, она не навредила России. Почему сегодня надо млеть от успехов спекулятивного рынка, разоряющего население?!

Нужно просто понять, что в Москве сидят такие же люди, как и в регионах, ничем не умнее и не лучше. Возможно, нам в Татарстане трудно говорить за всю Россию, но москвичам это делать еще труднее, они-то живут совсем в другой стране, с другими потребностями, другой зарплатой, другими интересами. Для них не существует сельского хозяйства, а есть рынок молочной продукции, у них мировой полет мысли, в то время как мы утонули в безденежье муниципалитетов, у них проблемы комфортных аэропортов, новых развязок на Садовом кольце и автостоянок, в то время как мы копошимся в бездорожье.

По долгу службы я знал всех идеологов России и псевдоидеологов тоже. Я не просто их знал по трудам, но и лично, сталкивался лбами во время переговоров, более того, и сегодня продолжаю с ними общаться, ведь несмотря на различие позиций, мы искали общий язык. Любой из них до сих пор откликается и охотно приезжает на научные конференции, даже те, с кем у меня было жесткое противостояние. Никто из них меня не назовет националистом или сепаратистом, потому что это специально пущенный слух. Как-то один из журналистов меня обвинил в национализме, я попросил его привести хотя бы одно высказывание или действие, уличающее меня в этом. Он этого не смог сделать, тем не менее возразил: «Это все знают!» Я давно смирился с такой предвзятостью. Когда не могут возразить открыто, действуют исподтишка, шипят в кулуарах. На самом деле, своими высказываниями я вредил только самому себе. Сегодня у меня нет рычагов влияния на государственные решения. Тем более никому не могу навредить. Мне просто в свободное время нужно высказаться о наболевшем, не более того. Если за это заплатят гонорар, то спасибо, если нет, то проживу и так. Если прочтут статью — спасибо, если ее раскритикуют — двойное спасибо. Запретят издаваться — не удивлюсь…

С учетом всего прошлого опыта я могу вновь и вновь утверждать, что в России наступила идейная разруха, ведь теория либерального, спекулятивного рынка не может служить идеологией. Чего же мы ждем от Москвы? Она в принципе не может прожить без эксплуатации регионов. Москва вынуждена оставлять себе повышенную долю налоговых сборов для того, чтобы поддерживать высокий уровень жизни. Отсюда ее идеологические установки. Малейшее снижение зарплаты, уровня потребления грозит ей волнениями на Болотной площади. Интересы Москвы далеко не совпадают с интересами регионов, и сомнительно, что она и дальше сможет сохранять за собой лидерские качества.

Татарстан всегда был модельной республикой, эталонным субъектом, на нас смотрели все эти годы и продолжают учиться и сегодня. Многие от нас ждут новых инициатив. ТАТАРСТАНСКИЙ ПУТЬ укажет выход регионам, а значит, и всей России.

ВО ВСЕХ РЕГИОНАХ НАСТУПИЛО ДВОЕВЛАСТИЕ
Россия может избежать нового экономического кризиса через децентрализацию и федерализацию. Кстати, все развитые страны — федеративные (США, Германия, Австрия, Бельгия, Канада, Австралия и др.) или же проводят децентрализацию своей структуры по типу Великобритании, где Шотландия, Уэльс и Северная Ирландия избрали собственные парламенты. Наиболее динамичные из развивающихся стран, такие как Индия, Бразилия, Мексика, также встали на путь последовательного федерализма. У России не существует альтернативы федерализму, и чем быстрее это признают, тем лучше для страны.

До сегодняшнего дня шла концентрация полномочий в руках центра, их скопилось не менее 4,5 тысяч. В результате львиная доля налоговых сборов начала стекаться в Москву, что составило более 70% без учета таможенных сборов. Неудивительно, что миллиардеры растут как грибы после теплого дождя. Исполнительская дисциплина по этим полномочиям оказалась низкой, постепенно снижается их финансовая обеспеченность. Теперь центр не может в полной мере выполнить свои обязательства, но и не знает, как передать полномочия назад регионам.

Основной недостаток сложившейся системы заключается в бесконтрольности не региональных, а именно федеральных служб. Иначе говоря, контролирующие органы, которые были созданы по всем регионам в виде федеральных управлений (около 0,5 млн. чиновников), сами оказались бесконтрольными в силу их удаленности от центра, и именно в них содержится наивысшая потенциальная коррупционность. Более того, в ряде регионов они просто дублируют работу местных министерств. Во всех странах госорганы контролируются местными представительными органами, самим населением и оппозиционными партиями, что становится основным средством борьбы с коррупцией. Вертикаль власти это исключает в принципе. Ротация кадров не повышает интереса «федералов» к местным проблемам. Возвращение к выборности глав регионов — первый и позитивный шаг по возвращению к принципам федерализма. Передача полномочий вниз станет вторым шагом.

В проекте договора Татарстана с федеральным центром от 2007 года была отдельная статья о том, что президент республики координирует все органы, находящиеся на территории Татарстана. В любом ином случае эффективный контроль над территорией теряется. По просьбе российской стороны этот пункт был изъят. Мотивировали тем, что эту норму нужно распространить на все субъекты федерации, о чем якобы готовится указ президента страны. Мы предложение приняли, но указ не появился. В результате во всех регионах наступило двоевластие. В Римской империи существовала такая поговорка: «Когда у раба два хозяина, то он уже не раб». Двоевластие означает фактическое отсутствие власти. Сейчас пытаются по отдельным вопросам, например, за межнациональные отношения, ответственность переложить на местные органы, но ситуация «а-ля Бирюлево» порождена далеко не местными нормами, и не решается только силами муниципалитета или субъекта. Без полиции и миграционной службы такие проблемы решить невозможно, а они находятся в федеральном подчинении. Кто же должен нести ответственность за местную ситуацию? В данном случае федеральная власть. Ни губернатор, ни муниципалитеты не могут создать собственную полицию, им что, создавать казачьи отряды? Например, охраной правительства Швейцарии целиком и полностью занимается полиция города Берна, как наиболее компетентная на своей территории. Федеральные органы не имеют права вмешиваться в их деятельность. Контроль над полицией осуществляет коммуна и местное население, которое следит за каждым их шагом, при этом может оказывать влияние не только через прессу, но и выборные органы, а также референдумы. Все просто и эффективно. В России же создали не только двоевластие, но и порождают коллизионное право, в результате чего суды не будут знать, по какому закону им судить.

Объективно сложившаяся ситуация потребует нового перераспределения полномочий. Однако на этом пути проглядывается ряд очевидных препятствий и масса подводных камней, о которых можно только догадываться.

Первое препятствие в перераспределении полномочий — это неготовность и нежелание регионов брать на себя дополнительные полномочия. Большинство регионов нынешнее положение устраивает, ибо не надо нести ответственности, а все неудачи можно свалить на центр и местных «федералов». К ним, конечно, можно применить метод «принуждения», но насколько он станет эффективным?

Второе препятствие — нежелание федеральных структур отдавать полномочия вместе с деньгами. Уже сегодня в регионах есть полномочия, необеспеченные финансами. Что будет, когда их число увеличится? К тому же передача полномочий вниз потребует сокращения огромной армии чиновников на местах, что не так просто. Конечно, их отчасти можно перевести в разряд местной администрации, но и на местах уже существуют структуры, которые нуждаются в сокращении. Повышение эффективности госорганов — необходимая мера, о чем свидетельствует опыт Европы, где идут массовые увольнения бюджетников. Пока в Татарстане не научатся работать, как в Германии, наши товары не будут конкурентоспособными, а учитывая диковатую российскую налоговую систему и вхождение в ВТО, тем более сокращение государственных служащих неизбежно.

Ё-ПОЛИТИКА, КАК И Ё-МОБИЛЬ, ТРЕБУЕТ БОЛЬШИХ ЗАТРАТ, А ОТДАЧИ НЕ БУДЕТ

Время от времени Жириновский и Прохоров пугают республики идеей губернизации, к тому же кое-кто предлагает объединить Татарстан с соседними Ульяновской и Кировской областями. С одной стороны, под этим лежит желание ликвидировать республики, с другой — уравнять экономический потенциал субъектов. Неодинаковый потенциал субъектов — это исторически сложившаяся реальность, которая провоцируется естественной конкуренцией. Все страны мира борются с разбросом в уровне жизни своих регионов. Ни унитарная, ни федеративная государственная система в этом не преуспели. Более того, наиболее развитые регионы оказываются локомотивами всей экономики страны. Например, таковыми являются Калифорния в США, Баден-Вюртемберг в Германии, Каталония в Испании. Также будет в России, и это неизбежность, с которой не просто нужно смириться, а стимулировать. Но… такими регионами могут оказаться Татарстан со своей неординарной позицией или Екатеринбург, который уже пытался объявить Уральскую республику и даже собирался ввести собственную валюту — уральские франки. Следует напомнить любопытный исторический сюжет, когда Демидовы на Урале в свое время чеканили серебряную монету, иначе говоря, объявили свою автономию. Екатерина II была вынуждена признать их чекан. Многие регионы России в прошлом и сегодня стремятся к автономии, что раздражает центр, но именно они выступают за федерализацию страны.

Идея объединения Татарстана с соседними областями (но не Башкортостаном) преследует цель изменить этническое соотношение населения в пользу русских и заодно повесить на бюджет республики социально-экономические обязательства центра. Прежде чем давать отпор таким заявлениям, нужно взвесить все за и против.

Помню, в 1991 — 1992 годах федеральный центр требовал от администрации Татарстана проведения референдума для подтверждения своей легитимности. В Москве были убеждены, что республика — остров коммунизма, и демократическое население не поддерживает власть. Вначале руководство республики всячески выступало против, пугаясь возможного раскола Татарстана по национальному признаку. Но без референдума не могли быть продолжены переговоры о заключении двустороннего договора, что было крайне важно. После изрядного давления со стороны российской делегации в республике просчитали все за и против, оценили шансы и решились провести референдум. Тогда заволновалась уже Москва, которая, в свою очередь, провела исследования своими методами с помощью спецслужб. Оказалось, что и татары, и русские в своем большинстве поддерживали руководство республики. Началось массированное шельмование Татарстана. Несмотря на громадные усилия федерального центра, на запугивания и запреты, 61,4% населения поддержали курс на укрепление статуса. Сегодня этот процент еще выше. Так что можно без особого труда отстоять название должности «президент республики».

Не отвергая с порога предложения об укрупнении Татарстана, следует взвесить все отрицательные и положительные последствия такого шага. Рост территории и населения субъекта автоматически повышает его политический вес. Конечно, количество татар сильно уменьшится, но нельзя политику строить за счет этнического преобладания. При наличии политической воли всегда можно найти общий язык со всеми этническими и социальными группами. У Татарстана такой опыт имеется, а потому за политическую сторону можно не волноваться, хотя она претерпит модификацию.

Экономическая сторона выглядит более проблемно. Опыт Германии показывает, что интеграция восточных земель даже при громадных вложениях проходит очень непросто. Татарстан далеко не Бавария или Баден-Вюртемберг, но в перспективе расширение территории принесет свои плоды, тем более реальная экспансия на соседние области происходит и без административного расширения границ республики. Жириновский и Прохоров надеются с помощью смены вывесок, исключив название должности «президент» республики, ограничив татарский язык, запретив слово «суверенитет» всех сделать одинаковыми губерниями? Иллюзия. Итог будет обратный. У шовинизма есть одно неизменное свойство — политическая слепота. Ё-политика, как и Ё-мобиль, требует больших затрат, а отдачи не будет. На дорогах доминируют немецкие автомобили.

Рафаэль Хакимов.
business-gazeta.ru

Просмотров: 2026

4 комментариев

  1. Глупая аналитика! Укрупнение повлечет утрату национальной республики, как следствие — тотальная ассимиляция татар.

    Возможно, в начале 90-х какая -то незначительная часть русских и голосовала за суверенитет , уповая на быстрые экономические пряники. Однако к концу 90-х ситуация изменилась в пользу центра. Пример. Выборы в Думу , когда ожесточенно соперничали ОВР Лужкова-Шаймиева с «Единством» Шойгу-Путина. Чисто татарская деревня в РТ с 3-4 русскими дачниками. Татарское население дружно проголосовало так , как посоветовали начальники, а русские проявили принципиальность, не менее дружно отдав голоса «Единству», несмотря на визиты агитаторов непосредственно в дома. Можно , конечно, предположить, что Хакимов по-имперски мечтает о Большом Татарстане (Идел -Урал), но регион с 20% татарским населением — это не Татарстан, а российская губерния.

  2. шамиль дерес уйлый. башкортстан белян татарстан кушылса лар иде- лякин бу фантазия.3дяулят теле шарт куеп.

  3. Рафаэль Хакимов на основании правильного анализа ситуации (она проста и понятна: «Идея объединения Татарстана с соседними областями…преследует цель изменить этническое соотношение населения в пользу русских…) делает убийственные, на мой взгляд, с точки зрения перспектив сохранения татарской нации, ее языка и культуры, выводы: «Конечно, количество татар сильно уменьшится, но нельзя политику строить за счет этнического преобладания. При наличии политической воли всегда можно найти общий язык со всеми этническими и социальными группами. У Татарстана такой опыт имеется, а потому за политическую сторону можно не волноваться, хотя она претерпит модификацию».
    Почти в каждой фразе, логической посылке заложены или простодушие, или попытка ввести в заблуждение. Не знаю уж, умышленные или нет:
    - «…нельзя политику строить за счет этнического преобладания». Господин Хакимов, объясните это, пожалуйста, сначала правителям РФ, в котором русское (и православное) население преобладает, со всеми вытекающими из этого подчеркнуто негативными последствиями для нерусских и неправославных. А, вообще то, национальная политика не может строиться без учета количественного соотношения наций в государстве или его отдельных республиках, регионах. Это аксиома. Это — естественно, нормально. Если бы в Татарстане татары не составляли 53% населения, наверное, не было бы и оснований для суверенитета Татарстана, для придания статуса 2-го государственного татарскому языку;
    - «…при наличии политической воли всегда можно найти общий язык со всеми этническими и социальными группами. У Татарстана такой опыт имеется, а потому за политическую сторону можно не волноваться, хотя она претерпит модификацию».
    Не совсем понятно, кого имеет в виду господин Хакимов, кто должен искать общий язык: татары, суперинтернациональное правительство Татарстана, сверхзависимое от Москвы? А если такой воли нет и не будет? Вот сейчас, и президент, и премьер-министр РФ якобы обладают такой политической волей – «доброй», говорят хорошие слова о том, что РФ – это Федерация (об этом уже стали забывать, потому что от федерализма остались только пустые слова. Прямо уже говорится, что национальные республики – участники федерации — должны исчезнуть и превратиться просто в «регионы». И процесс уже пошел — некоторые автономные округа уже исчезли). Что все нации равны, имеют право на жизнь и даже развитие. Что многонациональность РФ – это большое благо и богатство. Очень хорошие слова, которые соответствуют Конституции РФ.
    Так вот, господин Хакимов, сейчас, еще при РФ – федерации, при наличии номинального статуса национальных республик и автономных округов, при употреблении некоторыми по инерции слова «суверенитет» в отношении Татарстана, при статусе «второго государственного языка» у татарского языка, количество обучающихся на татарском языке (или хотя бы татарскому языку) увеличивается или уменьшается? Риторический вопрос. Вы в своих статьях признавали – да, уменьшается. Это объективно, этого невозможно не видеть.
    Доводилось читать, что даже сейчас в Татарстане, в котором татар чуть больше половины населения — 53%, то есть, имеется небольшое преобладание, даже в Казани – столице татар, некоторые граждане могут заявлять примерно следующее: «обучение моего ребенка татарскому языку нарушает мои и его конституционные права, уменьшает его время и возможности для изучения русского языка, английского и т.д. И, вообще, мне татарский язык не нужен. И вообще, я живу не только в Татарстане, а, в первую очередь, в России. Почему меня, россиянина, моего ребенка дискриминируют в Татарстане, навязывают чуждый язык?! Почему здесь информационные таблички на татарском языке?». И эта позиция получает поддержку властей. Если не Татарстана, так Москвы. Вопрос чрезвычайно сложный, острый, с давней и непростой историей — от завоевания Казанского ханства Московским государством, где в войне против Казани участвовали массы самих же татар: и Казанских, и Касимовских, и др. Вопрос крайне неприятный для нас – татар. Я обращаюсь только к тем, кто не желает заниматься самообманом. И готов смотреть правде в лицо. Пусть даже болезненной правде.
    Очевидно, что идет стремительный процесс умирания (слово страшное, но, по моему соответствует действительности) родных национальных языков национальных меньшинств в РФ: татар, башкир, чуваш, мари, удмуртов, мордвы и т.д.
    Неужели Вы, господин Хакимов, действительно думаете, что если «укрупнить»-«модифицировать» Татарстан (или, скорее, включить Татарстан в конгломерат нескольких областей) до размеров некоей губернии, в которой татары будут составлять не 53%, а уже только 5,3%, ситуация с обучением татарскому языку, со знанием и применением татарского языка улучшится?
    Я не политик, не этнограф, не лингвист и не социолог. Но даже я понимаю, что для того, чтобы татарский язык выжил, ему элементарно необходимо свое жизненное пространство – территория сплошного или хотя бы преимущественного употребления в повседневной жизни, в семье, на улице и на работе, в средствах массовой информации, в школе и т.д. Вряд ли я сказал что-то и для кого-то новое.
    Да и вывод не очень сложный, хотя и спорный: для сохранения татарского языка может быть следует «разукрупнить» Татарстан, оставив в нем только районы сплошного проживания татарского населения? Тогда не нужно будет и заставлять русских учить татарский язык. Спорность и дискуссионность предложения понимаю. Все намного сложнее. Это предложение просто ярче подчеркивает альтернативу предложению господина Хакимова. Великодержавным «татаристам», желающим возродить Великую Татарию от Тихого океана до Дуная, предлагаю сначала решить более простую задачу: создать нормальное жизненное пространство для татарского языка в местах компактного проживания татар. А уж потом обратиться к Великим делам…

    Господин Хакимов, видимо, чтобы «подсластить пилюлю», набросал комплименты в адрес Татарстана и его руководства: Татарстан всегда был модельной республикой, на нас смотрели все эти годы и продолжают учиться сегодня. …выбранный татарстанский путь может указать выход регионам, а значит, и всей России. …Рост территории и населения субъекта автоматически повышает его политический вес. Замечательная «морковка» для… сами знаете, для кого.
    На мой взгляд, если «модельность» и «автоматическое повышение политического веса субъекта» несут вред и угрозу самому существованию татарского народа, то они нам не нужны. Татарское национальное достояние, культуру и язык, героическую (и негероическую тоже) историю и память, заветы наших предков нельзя менять ни на «морковку», ни на колбасу и любые другие материальные и политические посулы.

    Господин Хакимов, предлагаю Вам направить свой научный и литературный талант на то, чтобы ответить на очень простой вопрос: почему на развитие, внедрение, распространение, пропаганду, на обучение русскому языку в РФ и за ее пределами тратятся огромные бюджетные деньги РФ (миллиарды), а на все то же только в отношении языков других народов РФ (татар, башкир, чуваш, мари, удмуртов, мордвы и др.) – нет? При том, что по Конституции и законодательству РФ у нас все народы равны, все языки и культуры должны развиваться на равных правах и условиях.
    Почему же в этом вопросе не проявляется та «добрая политическая воля», о которой Вы упоминали и на которую Вы так рассчитываете? И предлагаете нам поверить в ее наличие. В настоящем и даже в будущем.

    С уважением, Шамиль.