«Утром мы немцев приглашали в “гости“»

Безымянный33122Воспоминания артиллериста Хариса Гареева

В этом году отмечаем  75-ю годовщину Великой Победы над фашистской Германией в Великой Отечественной войне. В России, наверное, нет семьи, которой не коснулись бы эти страшные события. Многие хранят память о своих родных, приближавших Победу на фронтах и в тылу. Мне, как и моим братьям и сестрам, выпало большое счастье: пройдя все тяжести страшной войны от Сталинграда до Берлина, вернулся живым наш отец – Харис Сафиевич Гареев. Перед вами – его воспоминания о боевом пути в составе 74-й стрелковой гвардейской дивизии, записанные в 1970-х годах.

В этих воспоминаниях описан не весь боевой путь отца. Его призвали на фронт не сразу – чуть более трех месяцев оставляли в школе, учить детей, и ушел он 6 октября 1941 года. В ноябре-декабре  он воевал в составе 1164-й стрелковой дивизии Западного фронта,

31 декабря получил осколочное ранение в бедро и до 6 апреля 1942 года лечился в госпиталях Тамбова и Сердобска. После выздоровления, с апреля по август 1942 года, проходил обучение в Ульяновске, в училище связи имени Орджоникидзе.

За боевые заслуги награждался орденами Красной Звезды, Великой Отечественной войны I и II степени, медалями «За оборону Сталинграда», «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941– 1945 гг.». Отмечен знаками «Ветеран 45-74 стрелковой гвардейской дивизии» и «Ветеран 62-8 гвардейской армии».

После окончания войны служил в оккупационных войсках в Германии, был демобилизован в ноябре 1945 года. По возвращении отецокончил заочно педагогический институт и до выхода на пенсию преподавал историю и географию в средней школе села Денискино Шенталинского района. Летом 1977 года я свозил отца в Волгоград, на места боев его батареи, – мы побывали на Мамаевом кургане, посмотрели дом Павлова. Отец хотел посетить Угольную гору, но заводские чиновники и городские власти разрешения не дали, заявив, что расположенный там завод – режимный объект. Умер Харис Сафиевич Гареев в январе 1996 года.

В окопах Сталинграда

Я служил в 45-й Щорсовский стрелковой дивизии с августа 1942 года и до конца войны, в 178-м артиллерийском полку, командовал отделением связи 7-й батареи 3-го дивизиона, где одновременно вел комсомольско-партийный кружок.Нашу дивизию, которой командовал генерал Василий Иванович Чуйков (позже – маршал Советского Союза), после переформирования направили в Сталинград, где велись ожесточенные бои с фашистами, в октябре 1942 года. С прибытием артполк расположился напротив заводской части города на левом берегу Волги, а пехотные полки с ходу форсировали реку и вступили в бой.

Наши батареи заняли позиции параллельно, недалеко друг от друга, окопались, замаскировались с большим трудом под огнем артиллерии и авиации врага. Через маленький приток Волги проложили связь на наблюдательный пункт – один связист погиб от осколка бом-бы. В ходе боев линия связи ежеминутно портилась, но мы быстро устраняли повреждения.

На каждом шагу валялись свежие и разложившиеся трупы лошадей и людей, разбитые горящие фургоны, ящики от снарядов  и мин. Тяжело дышать, вонь, едкий дым, везде что-то горит. Страшные, жуткие картины сохраняются в памяти до сих пор, хотя прошло более сорока лет. Часто бывали перебои с питанием – приходилось есть мясо павших коней, дохлую рыбу, гнилую картошку. Недели через три весь личный состав начал вшиветь. Помню, как однажды сидим в землянке у печки, сделанной из меленькой бочки, Сергей Шутов чешет себе затылок и говорит: «Эх, побаниться бы». Павел Провоторов снял нательную рубашку, просматривает швы, утюжит их на раскаленной трубе и бормочет: «Направлю вас в ад». Илья Сизиков делает замечание: «Не в ад направлять их надо – кончится война, посадим Гитлера в лохань со вшами, руки свяжем, чтобы чесаться не мог».

Но все эти муки и страдания не сказались на нашей боеспособности, на вере в победу над фашистами. 19 ноября 1942 года наши войска перешли в наступление, и через 3–4 дня враг был окружен на большой территории. Бои шли днем и ночью за каждый дом города, за каждую комнату. Оглушительный гул авиации, танков, машин, разрывы бомб, снарядов, мин, гранат, треск винтовок, автоматов стали привычными для нас.

Положение окруженной немецкой 6-й армии становилось с каждым днем хуже и хуже, а наше улучшалось. В декабре 1942 и в январе 1943 года фашисты начали голодать, не хватало боеприпасов. На транспортных самолетах им привозили разные грузы, бросали на парашютах. Но эти грузы большей частью попадали в наше расположение. Мы завладели трофейными ракетницами и патронами к ним, и ночью, услышав гул транспортных самолетов, бойцы выходили из землянок и давали сигналы. Фашистские летчики бросали грузы в расположение наших частей. А утром мы немцев приглашали «в гости», крича через трубы разбитых граммофонов.

Наши 76-мм пушки были на конной тяге. Но во второй половине января 1943 года лошади погибли. Что делать? По инициативе комбата и расчетов готовили лямки, «огневики» и связисты запрягались и тащили пушки на нужные места, вели огонь. 1 февраля 1943 года, выполняя боевое задание по поддержке связи, г е р о и ч е с к и погибли связист Яськов и «огневик» Ибрагимов.

От Северского Донца – до Берлина

С февраля по июль 1943 года дивизия отдыхала, получала пополнение и обучала новобранцев, осваивала новую технику, вооружалась в районе реки Северский Донец. После сталинградских боев, в мае 1943 года, наш 178-й артиллерийский полк переименовали в 157-й гвардейский, а 45-ю стрелковую дивизию – в 74-ю гвардейскую дивизию. В июле 1943 года мы участвовали в прорыве обороны противника, форсировала реку Северский Донец, освобождали Барвенково и другие города и села.

Осенью 1943 и зимой 1944 года в составе 3-го Украинского фронта воевали в Донбассе. Враг и после Сталинграда был еще силен, бои были неимоверно тяжелыми, немцы упорно сопротивлялись.

Безымянный331211В феврале 1944 года мы сражались в районе села Большая Костромка Днепропетровской области. В тяжелых климатических условиях, при ненастной погоде наши полки отражали яростные атаки немцев в течение десяти дней. А 7-я батарея вклинилась вперед, заняла позицию у противотанкового рва. Темной ночью немцы подползли близко и смертельно ранили часового. Подняли тревогу,пушки наши были выставлены напрямую наводку, откуда ждали нападения врага. Моментально открыли огонь из всех орудий. Командовал боем старший лейтенант Туманян. Атаку врага мы отбили, двух немцев взяли в плен. В этом бою героически погиб командир батареи капитан Белый, ранило связиста Павла Ивановича Чередникова, без вести пропали связист Ивашкевич и один разведчик, которые были на наблюдательном пункте.

Наша дивизия с боями форсировала реки Днепр, Ингулец-Ингул, Южный Буг, Днестр, с июля 1944 года воевала в составе 1-го Белорусского фронта, участвовала в прорыве обороны немцев западнее города Ковеля, в освобождении Варшавы. Форсировала реку Вислу, освобождала город Лодзь в Польше. 22 января 1945 года противник атаковал нашу колонну двумя танками. 7 я батарея на конной тяге с 76-мм пушками двигалась во главе колонны, сзади шла самоходка. Танки вышли из укрытия внезапно и с первого выстрела сожгли нашу самоходку. Началась паника, все разбежались кто куда. У одной пушки мы остались с наводчиком, он был из вновь прибывших. Я быстро расстегнул упряжку лошадей, и мы вдвоем развернули пушку. Я заряжаю, наводчик прямой наводкой ведет огонь. После каждого выстрела на мерзлой земле пушка прыгает, как саранча. С трудом упираем сошники о растущее рядом дерево. Несколько раз попадали по танкам – один перестал стрелять, а другой вел еще огонь из пулемета. Снаря ды наши были осколочные, бронебойных мы не смогли достать в такой суматохе, так что подбить танки не вышло. Но дальше атаковать фрицы, видимо, побоялись, развернулись и ретировались.

В этой критической обстановке слышим крики о помощи – на расстоянии 10–15 метров от нас стонет и просит помощи тяжелораненый, но отойти от пушки нам нельзя, мучаемся вдвоем. Как только немцы ушли, я побежал к раненому, вижу – лежит на спине, ему отрезало ногу по колено и руку по локоть. На нем ватная фуфайка и брюки тлеют. Я оказал ему первую помощь. Он еще был в сознании. Спросил его фамилию, имя, записал адрес, но потерял потом во время очередной бомбежки. А фамилию помню – Громов. Он оказался водителем или стрелком из подбитой самоходки. «Друзья» вытащили его из кабины и бросили на землю, не оказав никакой помощи, сами убежали в укрытие. За это время он потерял много крови. Когда скрылись танки, пришли и эти трусы. Вместе с ними раненого мы положили на повозку и отправили в медсанбат – дальнейшую судьбу его не знаю. За этот бой нас обоих, наводчика и меня, наградили орденами Красной Звезды.

С 23 января по 22 февраля 1945 года наша 74-я гвардейская стрелковая дивизия участвовала в окружении и разгроме группировки немцев в районе города Познань (Польша), а в конце войны – в захвате и расширении плацдарма на реке Одер и далее в штурме Берлина.

Роберт ГАРЕЕВ.

«Самар татарлары» журналы№1 (26), 2020 ел.

Просмотров: 597

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>