Чтоб зоркими были и очи, и души

1Столь далеко находится Камышла от Египта, что до него, почти как в песне А. Пахмутовой, «только самолетом можно долететь». Но одно опасное инфекционное заболевание глаз это расстояние преодолело без помощи авиационной техники. С возвращением в начале XIX столетия из той страны наполеоновских войск в Европе появляется новая болезнь, называвшаяся изначально «египетским воспалением». В 1817-18 годах ее эпидемия разразилась среди русских войск, оккупировавших Францию, и трахома была занесена ими в Россию. От военных она перекинулась на гражданское население, бесшумно покоряя новые территории. В послевоенный период XX века трахома стала «бичом» заволжских мест. Но благодаря усилиям медиков с ней удалось справиться в масштабах страны к 60-70-м годам. В Камышлинском районе это произошло благодаря деятельности окулиста Х.К. Акчуриной, которой министр здравоохранения СССР объявил благодарность в 1965 году за ликвидацию в районе упомянутой глазной болезни.

С мамой, семьей старшей сестры и старшим сыном на отдыхе, Евпатория, 1955 год

С мамой, семьей старшей сестры и старшим сыном на отдыхе, Евпатория, 1955 год

Да, полвека назад будущий почет­ный гражданин района Хазяр Кашфиевна вместе со средним медицинским персоналом находилась в селах иногда сутками, совершая по­головный обход в целях выявления больных трахомой, взятия их на учет и проводя необходимое лечение. А по вечерам она встречалась с населением в клубе для разъяснения способов пре­одоления коварной болезни и привития навыков санитарной культуры земля­кам. И иначе врач не мог, потому что надо было оперативно исправлять си­туацию в родном районе, считавшемся в Куйбышевской области одним из самых неблагополучных по трахоме.

В том же, 1965-м, году Хазяр ханум стала врачом-окулистом 1-й категории, поскольку уже зарекомендовала себя знающим специалистом, безупречно об­служивавшим местное население. При­чем лечила она не только с помощью ме­дикаментов и операций, но и добротой, искренним участием, затрагивающим души пациентов. Вот ее кредо: «Внимание, такт и осторожность — луч­шие лекарства для больного. Не признаю врачей, не умеющих лечить добрым словом». А па­циенты эту позицию любимого доктора замечали и ценили. Так, житель с. Русский Байтуган А.К. Михайлин прислал в мае 1963 г. в редакцию газеты «Голос хлебо­роба» Похвистневского района письмо со следующими словами: «7 лет я прожил в темноте, и вот добрый человек с золотыми ру­ками — Хазяр Кашфиевна Сафина — помог мне снова увидеть свет… Сколько тепла душевного в ее отношениях к больным, сколько заботы; ее можно видеть по 5-6 раз в день около них…».

Семья Сафиных с 4-летней Хазяр, Бугуруслан, 1929 год

Семья Сафиных с 4-летней Хазяр, Бугуруслан, 1929 год

15 июля 1948 г., после окон­чания Куйбышевского медицин­ского института, Хазяр начала работать врачом-окулистом в Камышлинской районной боль­нице. Строчка об увольнении из этого лечебного учреждения появилась в трудовой книжке медика в 1992 г. Иных записей о месте приложения сил в этом документе нет. До нее окулиста в районе не было, но из-за нехватки врачей при­ходилось работать и терапевтом, и пе­диатром, и гинекологом. Машин скорой помощи тогда больница не имела, по­этому на срочные вызовы по райцентру врачи ходили пешком, а в другие села -выезжали на лошадях. В самой райболь­нице дежурило всего три врача. Тем не менее, Хазяр апа и сейчас говорит: «Мне нетрудно было работать, так как все, что делается с охотой, не кажется тягост­ным».

Но главной любовью была глаз­ная хирургия. Хазяр освоила сложные операции на веках, глазном яблоке. По воспоминаниям другого известного доктора района А.М. Тухбатова, уже в начале пути она боролась с катарактой, выступая в качестве офтальмолога-хи­рурга. За 1959-1961 гг. Хазяр Кашфиевна выполнила 306 различных глазных опе­раций, спасая больных от слепоты.

4

Первая поездка на отдых супругов Акчуриных, Сочи

Стремясь освоить новые высоты в этом благородном деле она повышала квалификацию на курсах при Куйбы­шевской областной глазной клинике, Казанском и Азербайджанском инсти­тутах усовершенствования врачей, специализировалась по глазным болез­ням в Куйбышевском областном тра­хоматозном диспансере. В этом ини­циативном офтальмологе, отличнике здравоохранения СССР и обаятельной женщине с мягким характером чувство сострадания к человеку, нуждающемуся в ее помощи, с годами не ослабевало, а усиливалось. Она принимала пациентов до окончания очереди у ее кабинета, регулярно продляя себе в связи с этим рабочий день; частенько навещала про­оперированных на дому, не отказывала в приеме жителям других районов и об­ластей.

В те времена редко кто в сельской местности оперировал на глазах, а Хазяр ханум за 1972-1977 гг. сделала около 400 операций. Ее душевная щедрость по отношению к людям в сочетании со знаниями и большой практикой дава­ли впечатляющие результаты в рабо­те. Прочитав о них в статье «Живет на селе врач», опубликованной газетой «Волжская коммуна» от 16.01.1977 г., доктор медицинских наук, профессор, Герой Социалистического Труда, заве­дующий кафедрой глазных болезней Куйбышевского медицинского инсти­тута, член-корреспондент АМН СССР Т.Н. Ерошевский оставил на тексте свою надпись: «Мне было приятно прочитать эту замечательную статью о Вас, Хазяр Кашфиевна, — о добром замечательном докторе. По достоинству оценена Ваша неутомимая деятельность».

Сестры и брат Сафины с родствениками, 1972 г.

Сестры и брат Сафины с родствениками, 1972 г.

Надо сказать, что известный совет­ский офтальмолог знал доктора Акчу-рину, поскольку та на последнем курсе института прошла специализацию по офтальмологии и была его ученицей. Но учениц и учеников у Тихона Ивановича было много, а свои автографы на ста­тьях он дарил только друзьям и близ­ким людям. Среди них могу назвать, например, генерала В.С. Ибрагимова -такой вот уровень.

Не удивительно, что местные газеты посвящали Хазяр Кашфиевне большие публикации в преддверии ее личных и рабочих юбилеев. Как минимум на пять дат пресса откликнулась статьями, фотографиями и стихами. Позволю себе привести несколько вольный по форме, но не искажающий содержания пере­вод стихотворения о юбиляре из газеты «Камышлинские известия» от 20 мая 2005 года:

На операции

На операции

Табиба чувств тепло привычно

Односельчанам, льнущим к Вам.

О жизни доброй на «отлично»

Они вещают здесь и там.

Вы образец для них навеки,

Любимый врач и верный друг.

Взор улучшая в человеке,

Спасательный дарили круг.

Пусть сердца жар не остывает!

Гордится Вами Камышла

И в мае дату отмечает,

Что к ней, Хазяр апа, пришла.

С родителями, мужем, братом – в форме, и сестрой

С родителями, мужем, братом – в форме, и сестрой

От такого внимания к своей пер­соне голова у Хазяр ханум никогда не кружилась. «Я очень любила свою рабо­ту и своих односельчан, — говорит она, — которые меня тоже полюбили. Мы с мужем не уехали из района даже тогда, когда его неоднократно приглашали на работу в гг. Куйбышев и Казань».

Ее деятельность по сохранению зре­ния, посредством которого люди полу­чают 90% сведений об окружающем мире, отмечена медалями «За трудовое отличие» и «За доблестный труд в озна­менование 100-летия рождения Влади­мира Ильича Ленина», а также многими грамотами.

Несмотря на предельную загружен­ность на работе Хазяр апа находила воз­можность заниматься общественной деятельностью. Она была депутатом Камышлинского и Похвистневского районных советов депутатов трудящихся, более 10 лет избиралась председате­лем райкома профсоюза медицинских работников, председателем районного отделения общества Красного Креста (РОКК), возглавляла местком и партбю­ро больницы, состояла членом районно­го и сельского женсоветов.

Прием больной

Прием больной

В 1949 году молодой окулист сме­нил свою фамилию, выйдя замуж за А.З. Акчурина. Познакомиться им помогла система политпросвещения. В то время почти в каждом учреждении проводи­лись занятия в политкружках по изуче­нию истории КПСС. Действовал такой кружок и в больнице — для врачей. Руко­водителем его райком партии назначил Акчурина, который работал заведую­щим районным отделом образования. Так молодые люди встретились и были вместе 53 года, живя интере­сами друг друга, обеспечивая своей половине надежный тыл, единой связкой пережи­вая радостные и трагические дни.

Про жизненный путь Абдуллы Закировича — фрон­товика с тяжелым ранением, преподавателя военного дела в Камышлинском сельско­хозяйственном техникуме, заместителя председателя райисполкома, преподавате­ля истории в Камышлинском педучилище, директора и учи­теля истории Камышлинской средней школы, директора школы-интерната для детей с недостатками ум­ственного развития, которая носит теперь его имя, и прочая, и прочая — надо гово­рить отдельно, вне рамок настоящей ста­тьи. И это мы сделаем с согласия его супру­ги. «Мне повезло в жизни, — вспоминает она, — что я встрети­ла Абдуллу. Молодой, красивый, интелли­гентный, он сразу произвел на меня впечатление». Мож­но добавить к тому же, что заведующий районо имел хороший вкус и острый глаз, если выделил сим­патичного врача из группы лю­дей в белых халатах.

С сыновьями Булатом – слева, Ринатом и дочерью Алсу, 2010 год

С сыновьями Булатом – слева, Ринатом и дочерью Алсу, 2010 год

Они до того были на одной волне, совпадая по ощущени­ям, по духу и чувствам, что это вносило в их сосуществование не только мир и доверие, но и гармонию, заметную для род­ственников и земляков. Назва­ние эта волна имела следующее — правильная, дружная и чест­ная жизнь. Даже при советской власти не все семьи ориентиро­вали свои устремления таким образом, а Акчурины сумели настроить на названную волну и своих детей.

Сыновей Булата, Рината и дочь Алсу они воспитывали не нотациями и запретами, а мно­гочисленными примерами сво­его добросовестного отношения к любому делу, вниманием к детским интересам и орга­низацией совместного отдыха. «Мы часто выезжали на при­роду с детьми и родственника­ми, — улыбается, вспоминая те дни Хазяр апа. — Летом собира­ли ягоды, а зимой катались на лыжах вместе с коллективом врачей. Объездили с детьми многие исторические места, каждый летний отпуск прово­дили на курортах Крыма или Кавказа. Довелось отдыхать и в центрах минеральных вод: Ессентуках и Железноводске, Кисловодске и Трускавце. По экскурсионной путевке побы­вали в Риге, Клайпеде, Юрмале, обеих столицах страны. А у родных гостили в Целинограде, Баку, Ташкенте, Самарканде, Хиве, Чимкенте, Запоро­жье. Часто посещали родину Абдуллы Закировича — село Адельшино Пензен­ской области. В общем, объездили весь Союз, набираясь сил и впечатлений».

В зале родного общежития через 50 лет после окончания вуза, 1998 год

В зале родного общежития через 50 лет после окончания вуза, 1998 год

Окруженные такой заботой и внима­нием в семье, благопристойными людь­ми выросли дети Акчуриных. Успешно окончив Камышлинскую среднюю шко­лу (Булат — с золотой медалью), они про­должили учебу в вузах. Юноши со вре­менем получили дипломы в Казанском авиационном институте (ныне — Ка­занский государственный технический университет), а Алсу пошла по стопам мамы и стала медиком, работающим ныне в Самаре акушером-гинекологом и врачом ультразвуковой диагностики. Булат же сейчас трудится инженером в Казани, а Ринат — предпринимателем в г. Набережные Челны.

Супруги Акчурины с внуками Ильдаром и Ринатом, 1993 год

Супруги Акчурины с внуками Ильдаром и Ринатом, 1993 год

Что касается невесток, то их Хазяр апа всегда и везде хвалит, а внуков -просто обожает. Не случайно младший из них — Ринат, будучи в подростковом возрасте, как-то заявил: «Энкэй (так к этой бабушке и маме обращаются все в семье) за меня любого порвет!». Велико­лепная семерка ее внуков (4 девушки и трое юношей) вырастает в достойных продолжателей рода Акчуриных. Все юноши следом за отцом и дядей прошли обучение в Казанском государственном техническом университете, а внучки получили высшее образование в других институтах столицы Татарстана. Две из них по примеру бабушки стали врачами. Одним словом, внуки уже определились по жизни, некоторые из них побывали на стажировке за границей, и всех их ждут впереди новые события и впечат­ления.

Особенно радует Хазяр Кашфиевну то, что все чаще она замечает в них черты деда Абдуллы: немногослов­ность, обязательность, аккуратность, целеустремленность, готовность всег­да прийти на помощь к тому, кто в ней нуждается. Его основательность, как стержень, есть и у них.

Впрочем, здесь можно усмотреть не только влияние мужа Хазяр апа, но и гены ее родителей. Так, на любой работе пользовался большим авторитетом ее отец Сафин Кашфи Закирович, посколь­ку трудился добросовестно и честно, обучая этому и своих детей. А работать ему довелось не только в разных каче­ствах, но и в различных социально-по­литических условиях.

Окончив в свое время медресе в Бу­гуруслане, Кашфи стал одним из пер­вых грамотных в Камышле, владею­щих к тому же рус­ским языком. В ря­дах царской армии он был участником Первой мировой войны. Потом за­нимал должность народного учителя, тесно общался с ра­бочими и крестья­нами, ведя среди них культурно-про­светительскую ра­боту.

После Октябрь­ской революции молодой парень прим­кнул к большевикам, стал активным участником их мероприятий. В 1918 году он трудился на курсах по подго­товке советских учителей в г. Бугуруслане, но при взятии города чешскими легионерами был арестован. В октябре того же года войска Красной Армии от­теснили белогвардейцев на восток и ос­вободили Камышлу. Кашфи вновь при­ступил к обучению молодежи в рамках всеобуча. Но в результате быстрого на­ступлением Колчака в марте 1919 года красноармейцы опять отступили. В селе Камышла белые арестовали учителей Сафина Кашфи и Саримова Нурсахи, собираясь их расстрелять, но плотник Нури заступился за них, представив учи­телей не большевиками, а просто про­светителями, читавшими иногда газеты жителям. В пользу этой версии высказа­лись еще несколько человек, и таким об­разом сельчане отстояли учителей.

После освобождения через несколь­ко месяцев Бугурусланского уезда от колчаковцев Кашфи продолжил актив­ную деятельность по линии просвеще­ния и кооперации. Как грамотного ра­ботника его пригласили в кооператив, когда те начали создаваться. Кроме того, он долгое время трудился инструк­тором-бухгалтером райзо (Камышлинского районного земельного отдела).

«Отец был немногословным опти­мистом, — делится воспоминаниями Ха­зяр апа, — и остроумным шутником. Его изречения, отличавшиеся меткостью и лаконичностью, стали крылатыми вы­ражениями в нашей семье и передаются из поколения в поколение». Привести их, к сожалению, не удастся, поскольку они требуют длинной объясняющей подводки для «неакчуринцев», а при переводе на русский язык еще и теряют свой «аромат».

Трудолюбивой и мудрой была и мама Хазяр апа — Шамсенур Сибгатул-ловна, сезонно работавшая в колхозе до­мохозяйка. На ней держалось большое семейное хозяйство, а также огородные дела, обихаживание коровы, овец и пти­цы. Кроме того, она умела шить и на швейной машинке «Зингер» обшивала всю семью.

Работали родители от зари до зари, и благодаря своему трудолюбию их питом­цы никогда не голодали, даже в военное время. Всем четырем своим детям они су­мели дать высшее образование, поддер­живая в них стремление к знанию.

Так, еще в детские годы у Хазяр по­явилась мечта стать врачом. Мечта эта с годами крепла и превратилась в огромное желание. Окончив в 16 лет Камышлинскую среднюю школу, где все предметы преподавались на татарском языке, а русскому языку и литературе ежедневно отводился лишь один час, она решила поступать в медицинский институт. Отец ее поддержал, заострив внимание дочки на том, что у врача нет права на окрик, на нервозность, равно­душие к людям, и что об этом она долж­на помнить всегда.

На дворе стояло лето 1941 года, ког­да девушка стала студенткой Казанско­го медицинского института. Но когда стало ясно, что начавшаяся война с Гер­манией не закончится за два-три меся­ца, родители отозвали дочь из Казани. Та послушно вернулась в Камышлу и в январе 1942 г. устроилась на работу в отдел социального обеспечения. В тече­ние полутора лет Хазяр трудилась инспектором Камышлинского райсо­беса, заполняя бланки на выдачу пособий семьям, главы которых сража­лись на фронте. Блан­ков было много, поэто­му иногда приходилось брать работу на дом.

Однажды в дом Сафиных пришла повестка, вызывающая Шамсенур Сибгатулловну на рытье окопов в приволжском регионе (ее мужа воен­комат уже не привлекал ни к службе, ни к рабо­там из-за престарелого возраста). Вместо мамы решила ехать Хазяр, и она добилась своего. Новояв­ленных копателей эшелоном повезли к неназванному им месту, но до нуж­ной станции они так и не добрались. Ситуация на фронте в связи с победой Красной Армии под Сталинградом из­менилась таким образом, что окопы в названном регионе уже были не нужны.

А Хазяр дома плакала, но не из-за не­удавшейся поездки к линии фронта, а потому, что рушилась ее детская мечта — стать врачом. И родители решили пой­ти дочке навстречу — они опять отпусти­ли ее в мединститут, но не в Казань, а в Куйбышев. Так осенью 1943 года Хазяр снова стала студенткой и пять лет об­учалась в областном центре, проживая в общежитии на улице Арцыбушевской (бывшая губернская тюрьма).

Здание это не отапливалось, поэтому зимой стены в комнатах покрывались инеем, а обогревать комнаты электри­чеством не разрешали. По карточке ежедневно выдавали 400 г черного хлеба, но в очереди за ним надо было стоять часами. В самом общежитии тоже была очередь — за кипятком. Как писал в сво­ем школьном сочинении «Мои бабушка и дедушка в годы Ве­ликой Отечественной войны» внук Ильдар Кленков, однажды у бабушки своровали ее хлеб­ную карточку, но студенческая группа помогла Катюше (так ее называли однокурсники). Будущих медиков часто сни­мали с занятий для разгрузки барж, посылали на уборочную в колхозы и совхозы, оказывать медицинскую помощь в госпи­талях.

В 1948 году Хазяр завершила учебу в институте, и ее курс стал первым после­военным выпуском КГМИ. Это связано с тем, что в 1939 году ВУЗ был реорга­низован в Куйбышевскую Военно-меди­цинскую академию РККА, а воссоздан осенью 1942 года. Уже на следующий год Куйбышевский мединститут про­вел первый военный выпуск врачей и осуществил набор студентов на пяти­летнюю программу. Получается, что либо отец Хазяр, как человек, интере­совавшийся событиями политической жизни, знал об этих трансформациях и вполне обоснованно не отпускал дочку в Куйбышев преждевременно, либо это счастливое совпадение случайностей.

Большим событием для Хазяр Кашфиевны стала встреча с однокурсни­ками через 50 лет после окончания института. Выпускники, которых со­провождали дети и внуки, радовались и плакали. После приветственного сло­ва ректора А.Ф. Краснова и ряда других выступлений в лекционном зале обще­жития на Арцыбушевской, состоялся банкет в ресторане, расположенном не­подалеку. Было отмечено, что жизнь у дружных медиков этого курса, собирав­шихся вместе с мужьями и женами раз в 10 лет (чета Акчуриных присутствовала всегда), удалась на славу.

Удачно сложилась судьба и у сестер Хазяр апа, и у брата. Старшая ее сестра Гасимя Якупова после окончания Ка­занского педагогического института работала в Татарском научно-исследо­вательском институте языка, литера­туры и истории, с января 1946 года во­шедшем в состав Казанского филиала АН СССР (ныне — Институт языка, лите­ратуры и искусства имени Галимджана Ибрагимова АН РТ). Она выпустила книгу «Библиография по татарскому язы­кознанию (1778-1980)», знала арабский язык, писала на нем письма родителям. «Гасимя апа была очень энергичной, щедрой, общительной натурой, — гово­рит Хазяр ханум. — Она поддерживала связи с родственниками всех поколе­ний, возобновляла утраченные контак­ты, и благодаря ей мы знаем многих своих близких». Когда первенец четы Сафиных приезжала к родителям в го­сти вместе с мужем Шаукатом, особенно радовался появлению зятя Кашфи Закирович, поскольку появлялась возмож­ность обсудить многие глобальные про­блемы с политическим обозревателем казанского телевидения и получить от него свежую информацию.

Младший брат Равиль Сафин, полу­чив диплом в Кинельском сельскохозяй­ственном институте, трудился сначала агрономом, а позже — председателем колхоза. Родившаяся после него сестра Роза золотым медалистом поступила в Куйбышевский мединститут и стала акушером-гинекологом в г. Набережные Челны. Несмотря на свой солидный воз­раст, врач Тимергалиева и поныне рабо­тает.

Все восемь племянников Хазяр апа имеют высшее образование, в том числе двое — медицинское. Можно сказать, что она возглавляет в своем роду врачебную династию, состоящую уже из восьми че­ловек.

Это многочисленное семейство Сафиных-Акчуриных-Якуповых-Тимергалиевых дружит с родным языком. Им владели и владеют все четыре затрону­тых в статье поколения. Мама героини нашей статьи совершала намаз, а отец хорошо знал Коран и с удовольствием его читал, доходчиво объясняя непонят­ное заинтересовавшимся. Оба они стро­го соблюдали пост и отмечали с детьми все мусульманские праздники. «В такие дни, — вспоминает Хазяр Кашфиевна, -накрывался красивый стол, на который ставился большой самовар и угощения. Мама была очень умелой хозяйкой, сла­вившейся в селе своими кулинарными способностями. Она пекла вкусные пи­роги, бавырсак, чак-чак».

Продолжая их традицию, следую­щие поколения также отмечают татар­ские праздники, любят родную музы­ку, с удовольствием слушают радио и смотрят телевизионные передачи из Казани. Частенько их можно увидеть на спектаклях татарского драматического театра им. Галиаскара Камала.

Внук Ринат измеряет давление у бабушки, 1996 год

Внук Ринат измеряет давление у бабушки, 1996 год

Только в 66 лет Хазяр апа ушла на пенсию, поскольку долгое время некому было передать в районе окулистскую вахту. Но и после этого ей иногда при­ходилось оказывать помощь больным в домашних условиях. До сих пор пациенты благодарят любимого камышлинского офтальмолога за возвращение зрения. И идут к нему как прежде, с любыми вопросами, подчас весьма дале­кими от медицинской тематики. И Хазяр апа помогает землякам понять мудреный язык офици­альных документов, написать заявление в те или иные инстан­ции, устроить нуждающегося в больницу и т. д.

Наряду с этим она занима­лась домашним хозяйством, сле­дила за успеваемостью внуков, при необходимости оказывая им помощь. У Хазяр ханум всег­да имеются дома рукодельные полуфабрикаты, так как гости прибывают на выходные практически регулярно и очень любят приготовлен­ные ей блюда.

Тем не менее, часы досуга, конечно, имеются. Они заполнены чтением вы­писываемых «Комсомольской правды», «Российской газеты», «Камышлинских известий» и областной газеты «Бердэмлек», а также журналов и книг из домашней библиотеки. По телевизору Хазяр ханум любит смотреть новостные программы разных каналов, телесериа­лы, передачи «Пока все дома», «Наеди­не со всеми», «Модный приговор» и др. Она следит за модой, и ее хороший вкус, позволявший ранее быть одетой с изю­минкой самой, теперь работает на гар­дероб дочери.

Особая тема — просмотр спортивных состязаний, и своей осведомленностью о событиях в мире спорта эта болельщи­ца нередко изумляет сыновей и внуков, неплохо разбирающихся в данной сфере человеческих отношений и имевших практику участия в ней.

В мае этого года Хазяр Кашфиевна отметит свой очередной юбилей. Ей есть за что благодарить судьбу: за роди­телей, от которых она получила столь­ко любви и заряд оптимизма, дающие жизненные силы дочке и по сей день. За реализацию мечты, позволившей восстанавливать пациентам зоркость их очей. За супруга, с которым они ока­зались «одной крови» и гармонично до­полняли друг друга. За детей и внуков, гордящихся принадлежностью к роду Акчуриных и продолжающих его слав­ные дела, поскольку в них заложена зор­кость душ. За коллег, друзей и родных, с которыми довелось общаться, особенно выделяя при этом семьи Долотказиных и Копыловых, Тухбатовых и Абдрафиковых, Мелешкиных и Паниных, Гизетдиновых и Бадыковых. За возможность подтвердить многочисленными поезд­ками верность своему арабскому имени (Хазяр — это путешественница), а всей жизнью — соответствие девичьей фами­лии Сафина (чистая, благородная).

С младшей сестрой Розой, 2010 год

С младшей сестрой Розой, 2010 год

Но все перечисленное — не только благоволение судьбы, а еще и активная позиция самой грядущей юбилярши с неувядаемым интересом к жизни. Ей еще предстоит освоить компьютер и от­правиться в интернетовское плавание, как это делают некоторые ровесники; заложить азы душевной зоркости во всех четырех правнучек, которых она обожает не менее, чем внуков, и встре­тить 100-летие родного медуниверситета. Имеются и другие дела у Хазяр апа.

А в завершение предоставим слово ее дочери Алсу: «Моя мама — светлый человек, непорочный в поступках и мыслях. Она делает меня счастливой одним своим присутствием, она — точ­ка отсчета и компас, по которому я све­ряю свои дела и поступки. Нет более болеющего за меня человека, искренне сопереживающего, желающего добра и успеха. Я восхищаюсь ее профессио­нальной деятельностью, смелостью, силой духа. И как доктор, и как предан­ная супруга, как добрая мама и бабуш­ка, она для меня — пример для подража­ния. Я желаю маме здоровья на долгие годы». Остается только подписаться под этими словами!

Рашид ШАКИРОВ.

Журнал «Самарские татары», №1(10), 2015 год.

Просмотров: 2603

5 комментариев

  1. Помним! Люди нашего детства-уважаемые.

  2. Глубокоуважаемая мной подруга моей мамочки !

  3. Да, хорошие люди!

  4. «член-корреспондент АМН СССР Т.Н. Брошевский». Правильно будет Ерошевский.

  5. 21 майда ул 90 яшьлек юбилеен билгеләп үтте. Район башлыгы котлады үзен.